Мои цитаты из книг
"Каждый сам мостит себе дорогу. Главное, вовремя остановиться и выбрать правильный путь. Мы не можем выбрать родителей или Родину, но мы можем выбрать быть честными или нечестными."
Если тебе тяжело - ты на верном пути. У петербургской писательницы Ирины Богдановой подлинно счастливый дар - за унылой, казалось бы, повседневностью разглядеть красоту неповторимой человеческой судьбы. И больше этого: увидеть, как из трудных неприметных будней складывается судьба самой прекрасной в мире страны. Где и ты, дорогой читатель, самый необходимый участник общего дела. И твоя жизнь -неповторимый Неувядаемый цвет, которому после каждой бури дано полыхать ярче и ярче.
- Удивляться чему? - Удивляться, Джефф, почему люди считают мудрецом злобного идиота, который сказал: «Познай самого себя». Изучение собственного ума, сердца, полное погружение в них – губительное занятие, от него сходят с ума. Ибо мозг – больший лжец, чем любой человек: он лжёт даже собственному владельцу.
Злодейски заколота кинжалом молодая женщина. Единственной уликой является клочок бумаги с адресом известного шантажиста и по совместительству давнего личного врага сыщика Анри Банколена. Для Банколена отыскать убийцу становится делом чести.
Человек, не способный возбудить в себе здоровое любопытство ко всему ужасному, должен умереть и получить право на похороны.
Злодейски заколота кинжалом молодая женщина. Единственной уликой является клочок бумаги с адресом известного шантажиста и по совместительству давнего личного врага сыщика Анри Банколена. Для Банколена отыскать убийцу становится делом чести.
Я знал, чего мне ожидать, но не был уверен, хочу ли я это видеть.
Злодейски заколота кинжалом молодая женщина. Единственной уликой является клочок бумаги с адресом известного шантажиста и по совместительству давнего личного врага сыщика Анри Банколена. Для Банколена отыскать убийцу становится делом чести.
— Нам всем знакома горечь утраты, мадам, — промолвил детектив. — И мы всегда считаем себя виноватыми, хоть бы из-за того, что недостаточно часто улыбались.
Злодейски заколота кинжалом молодая женщина. Единственной уликой является клочок бумаги с адресом известного шантажиста и по совместительству давнего личного врага сыщика Анри Банколена. Для Банколена отыскать убийцу становится делом чести.
Фамильная честь для них нечто патологическое.
Злодейски заколота кинжалом молодая женщина. Единственной уликой является клочок бумаги с адресом известного шантажиста и по совместительству давнего личного врага сыщика Анри Банколена. Для Банколена отыскать убийцу становится делом чести.
Я читал эту книгу и понял ,что это все говно
Наверное, по книге Ирины Богдановой можно снять хороший фильм — добрый, увлекательный, поучительный, подобный прославившим наш кинематограф в XX веке, с той лишь разницей, что герои «Фарфоровой памяти» живут, любят, страдают и, в конце концов, встречают свое счастье в наше непростое время. Удивительное дело: любовь и радость они находят на той дороге, которая сулила, казалось бы, одни испытания. Точнее, счастье находит наших героев, умеющих хранить верность — верность дружбе, верность памяти...
Прорываясь сквозь тучи, солнце всходило в зенит, делая верхушки сосен похожими на зелёные купола с золотой маковкой. От этой несказанной красоты ощущалась близость к Богу.
Наверное, по книге Ирины Богдановой можно снять хороший фильм — добрый, увлекательный, поучительный, подобный прославившим наш кинематограф в XX веке, с той лишь разницей, что герои «Фарфоровой памяти» живут, любят, страдают и, в конце концов, встречают свое счастье в наше непростое время. Удивительное дело: любовь и радость они находят на той дороге, которая сулила, казалось бы, одни испытания. Точнее, счастье находит наших героев, умеющих хранить верность — верность дружбе, верность памяти...
Я никогда не мог понять, почему советское метро так отличалось от всего того, что находилось на поверхности. Казалось, что это два совершенно разных мира. К тому моменту, когда я прибыл в Ленинград, метро в этом городе просуществовало всего год. Станции его единственной тогда ветки представляли собой настоящие дворцы из мрамора и хрусталя. Величественные колонны, мозаика на стенах, вымощенный отшлифованными гранитными плитами пол – всё это выглядело чересчур претенциозно, но производило сильное впечатление. Любопытно, что часы над тоннелями отсчитывали секунды не назад, показывая, сколько времени остаётся до прибытия следующего поезда, а вперёд. Возможно, таким образом у пассажиров подземки воспитывалась подсознательная уверенность в том, что им не придётся стоять на перроне больше трёх минут, а заодно и в том, что всё в их жизни чётко спланировано и упорядочено и происходит вовремя.
Гарри Огаст — не человек, или, вернее сказать, не тот человек, какими мнят себя все остальные. Он родился в 1918 году бастардом английской аристократической семьи и был отдан на воспитание садовнику. Он был придавлен тяжестью своего социального положения, стремился к малому и достиг немногого. Родившись во второй раз, в то же время и в том же месте, он сошел с ума от безысходности и убил себя. Родившись в третий раз, он понял, что пора извлечь определенные выгоды из своего положения. В конце...
Вы должны задать себе вопрос: перевесит ли добро, которое вы сделаете другому человеку, помогая ему решить его проблему, – так вот, перевесит ли это добро тот ущерб, то чувство усталости и опустошенности, которыми ваша доброта грозит вам? Я знаю, это «звучит не очень-то благородно, Гарри, но получается, что если вы будете вредить себе, защищая интересы других, и если так же будут поступать другие люди, это не только не улучшит мир, но даже усугубит царящий в нем хаос.
Гарри Огаст — не человек, или, вернее сказать, не тот человек, какими мнят себя все остальные. Он родился в 1918 году бастардом английской аристократической семьи и был отдан на воспитание садовнику. Он был придавлен тяжестью своего социального положения, стремился к малому и достиг немногого. Родившись во второй раз, в то же время и в том же месте, он сошел с ума от безысходности и убил себя. Родившись в третий раз, он понял, что пора извлечь определенные выгоды из своего положения. В конце...