Я стоял, затонув в бездной тишине прошлого, и грустил о том, что не вернется оно; плакал в душе о том, что не дано человеку изжить мгновение снова и снова, тысячу раз. И вместе с тем сердце до краев наполнялось неизъяснимым упоением: сбылись старые предчувствия волшебств стереоскопа! И я благодарил Бога за его чудеса и тайны. Я становился на колени в глубоком изумлении перед теми печальными призраками и подолгу стоял в благоговении перед каждым из них, перед священными двойниками минувшего; а они все сидели тихо-тихо, безответно молчали и тайно грустили о том, что ушло с ними навсегда.
Здесь, в нашем мире, я часто брожу по залам живого Эрмитажа. И блуждая, стараюсь я сквозь красочное настоящее разглядеть призрачные прошлые залы.
интересно, есть ли клиники, где лечат зависимость от людей
Наверное, в жизни каждой женщины наступает такой период, решила для себя Бронуин, когда в своей постели ей хочется видеть только лавандовое саше.
Если я и обладаю каким-то умением, то это не танцы - я отлично умею верить в то, что завтрашний день будет лучше. Даже не знаю, откуда во мне взялся этот оптимистический настрой. Может быть, от мамы. Просто однажды я начала думать, что если мне в жизни выпадет что-то плохое, если у меня вдруг выдался плохой день, завтра обязательно будет ждать что то лучше, светлое, новое.
– Хватит играть в игры с моим братом. Ты только распалила его, и теперь ему придется как-то справиться с этим.
Я бледнею.
– Что ты имеешь в виду? – боясь услышать ответ, спрашиваю я. Он побежит к Эбби? От мысли об этом мне хочется очистить желудок прямо на кроссовки Истона.
– Забей. – Он отмахивается от меня. – Вам обоим нужно либо переспать, либо держаться подальше друг от друга. Я голосую за последний вариант.
– Приняла к сведению. – Я начинаю открывать дверь в свою комнату, но Истон хватает меня за руку.
– Я серьезно. Если тебе кто-то нужен, просто приди ко мне. Я ничего не имею против тебя.
Уф. Как же мне надоели эти Ройалы!
– О боже, Истон, какая щедрость с твоей стороны! Твое предложение секса из жалости имеет срок годности? Или я могу воспользоваться им в любой момент, когда захочу?
– Почему ты на меня пялишься? – раздраженно спрашивает он.
Я отталкиваю от себя все сумасбродные мысли и парирую:
– А что, нельзя?
– Я тебе нравлюсь, да? – подначивает Рид.
– Нет, просто хочу запомнить, как выглядит придурок в профиль. Ну, знаешь, если вдруг на уроке рисования меня попросят его изобразить, будет от чего отталкиваться, – весело отвечаю я.
Я забираюсь на кресло и усаживаюсь верхом на Рида.
– Я знаю, ты хочешь меня. Я знаю, что ты умрешь за то, чтобы я снова опустилась перед тобой на колени. – Впиваясь ногтями ему в волосы, я дергаю его голову к себе, чтобы он мог видеть мои глаза. – Но скорее ад замерзнет, чем я снова это сделаю. Я не притронусь к тебе, даже если ты заплатишь мне. Я больше никогда не коснусь тебя, даже если ты будешь умолять. Даже если ты поклянешься, что любишь меня больше жизни, больше всего на свете. Да я лучше пересплю с твоим отцом, чем с тобой.
Я отталкиваю его и слезаю.
– А знаешь что? Наверное, сделаю это прямо сейчас. Помнится, Истон говорил, что ему нравятся молоденькие девушки.
Я неспешно направляюсь к двери с уверенностью, которой на самом деле не чувствую. Рид дергается в кресле, но мои незамысловатые узлы надежно удерживают его на месте.
– Вернись и развяжи меня, – рычит он.
– Не-а. Тебе придется справляться самому. – Я подхожу к двери и опускаю ладонь на ручку. Обернувшись, упираюсь рукой в бедро и язвительно говорю, – Если ты лучше Истона, то твой отец, судя по всему, должен быть просто неотразимым.
– Элла, вернись, черт тебя подери!
– Нет. – Улыбнувшись ему, я ухожу.
Его волосы торчат в разные стороны, на шее красные отметины. Если бы на его месте был кто-то другой, я бы подумала, что парень только что занимался сексом, но Гидеон выглядит слишком рассерженным для таких умозаключений. Может, он дрался с енотом.
Ничто не сияет вечно в этом мире.