Мои цитаты из книг
Ни на земле, ни в небесах нет ничего невозможного.
Действие романа происходит в отдалённом будущем, когда человечество совершило немало важнейших открытий. В частности, межпланетные путешествия стали уже едва ли не обыденностью, да и машину времени удалось создать. Питер Максвелл, профессор кафедры сверхъестественных явлений, в результате сбоя транспортной системы во время путешествия оказывается на таинственной Хрустальной планете, хранилище таких знаний, которые люди и вообразить-то не в состоянии. Вскоре он понимает, что хозяева этой планеты...
Оп поднял руку и замахал официанту, призывая его могучим голосом.
- Сюда! - крикнул он. - Здесь есть люди, которые хотели бы облагодетельствовать вас заказом. Все они умирают от ползучей жажды.
- Больше всего меня в нем восхищает, - заметил Дух, - его застенчивость и скромность.
- Я продолжаю учиться, - сказал Оп, - не столько из стремления к знанию, сколько ради удовольствия наблюдать ошарашенное выражение на лицах педантов-преподавателей и дураков-студентов. Впрочем, - повернулся он к Максвеллу, - я отнюдь не утверждаю, что все преподаватели обязательно педанты.
Действие романа происходит в отдалённом будущем, когда человечество совершило немало важнейших открытий. В частности, межпланетные путешествия стали уже едва ли не обыденностью, да и машину времени удалось создать. Питер Максвелл, профессор кафедры сверхъестественных явлений, в результате сбоя транспортной системы во время путешествия оказывается на таинственной Хрустальной планете, хранилище таких знаний, которые люди и вообразить-то не в состоянии. Вскоре он понимает, что хозяева этой планеты...
- И огонь в очаге - такая прелесть! - Вздохнула Кэрол. - Питер, почему мы обходимся без огня? Ведь построить очаг, наверное, совсем несложно.
- Несколько сотен лет назад, - сказал Максвелл, - в каждом доме или почти в каждом доме был по меньшей мере один очаг. А иногда и несколько.
Разумеется, эта тяга к открытому огню была атавизмом. Воспоминанием о той эпохе, когда огонь был подателем тепла и защитником. Но в конце концов мы переросли это чувство.
- Не думаю. Мы просто ушли в сторону. Повернулись спиной к какой-то части нашего прошлого. А потребность в огне все еще живет в нас. Возможно, чисто психологическая. Я убедилась в этом сегодня. Огонь был таким завораживающим и уютным! Возможно, это первобытная черта, но должно же в нас сохраниться что-то первобытное.
Действие романа происходит в отдалённом будущем, когда человечество совершило немало важнейших открытий. В частности, межпланетные путешествия стали уже едва ли не обыденностью, да и машину времени удалось создать. Питер Максвелл, профессор кафедры сверхъестественных явлений, в результате сбоя транспортной системы во время путешествия оказывается на таинственной Хрустальной планете, хранилище таких знаний, которые люди и вообразить-то не в состоянии. Вскоре он понимает, что хозяева этой планеты...
Со временем ненависть перегорает. И только тлеет, хотя и не исчезает.
Действие романа происходит в отдалённом будущем, когда человечество совершило немало важнейших открытий. В частности, межпланетные путешествия стали уже едва ли не обыденностью, да и машину времени удалось создать. Питер Максвелл, профессор кафедры сверхъестественных явлений, в результате сбоя транспортной системы во время путешествия оказывается на таинственной Хрустальной планете, хранилище таких знаний, которые люди и вообразить-то не в состоянии. Вскоре он понимает, что хозяева этой планеты...
Когда человек голоден, он имеет право на любую пищу, которую отыщет.
Действие романа происходит в отдалённом будущем, когда человечество совершило немало важнейших открытий. В частности, межпланетные путешествия стали уже едва ли не обыденностью, да и машину времени удалось создать. Питер Максвелл, профессор кафедры сверхъестественных явлений, в результате сбоя транспортной системы во время путешествия оказывается на таинственной Хрустальной планете, хранилище таких знаний, которые люди и вообразить-то не в состоянии. Вскоре он понимает, что хозяева этой планеты...
- У меня такое ощущение, - сказал Максвелл, - что лучше не спрашивать, откуда взялась эта вырезка. Ведь все мясные лавки наверняка были закрыты.
- Были-то были, - согласился Оп. - Но есть тут один магазинчик, и на задней двери там висел вот этот простенький замок...
- Когда-нибудь, - сказал Дух, - ты наживешь крупную неприятность.
Оп покачал головой.
- Не думаю. Во всяком случае, не в этот раз. Жизненно важная потребность... Нет, пожалуй, не то. Когда человек голоден, он имеет право на любую пищу, которую отыщет. Такой закон был в первобытные времена. Уж, конечно, суд и сейчас примет его во внимание. Кроме того, я завтра зайду туда и объясню, что произошло. Кстати, - повернулся он к Максвеллу, - есть у тебя деньги?
Действие романа происходит в отдалённом будущем, когда человечество совершило немало важнейших открытий. В частности, межпланетные путешествия стали уже едва ли не обыденностью, да и машину времени удалось создать. Питер Максвелл, профессор кафедры сверхъестественных явлений, в результате сбоя транспортной системы во время путешествия оказывается на таинственной Хрустальной планете, хранилище таких знаний, которые люди и вообразить-то не в состоянии. Вскоре он понимает, что хозяева этой планеты...
В тяжкие минуты ум человеческий удивительно проясняется.
Действие романа происходит в отдалённом будущем, когда человечество совершило немало важнейших открытий. В частности, межпланетные путешествия стали уже едва ли не обыденностью, да и машину времени удалось создать. Питер Максвелл, профессор кафедры сверхъестественных явлений, в результате сбоя транспортной системы во время путешествия оказывается на таинственной Хрустальной планете, хранилище таких знаний, которые люди и вообразить-то не в состоянии. Вскоре он понимает, что хозяева этой планеты...
Смех — великий целитель, Лоис, часто повторял мне доктор Сондерс. И заметьте, он был одним из самых разнесчастных сукиных детей, каких я когда-либо видела.
Эпоха семидесятых, Британия. Безвкусный английский фаст-фуд и уродливая школьная форма; комичные рок-музыканты и гнилые политики; припудренный лицемерием расизм и ощущение перемен — вот портрет того времени, ирреального, трагичного и немного нелепого. На эти годы пришлось взросление Бена и его друзей, героев нового романа современного английского классика Джонатана Коу. Не исключено, что будущие поколения будут представлять себе Англию конца двадцатого века именно по роману Джонатана Коу. Но Коу...
В домах, где живут старики, нередко стоит запах совсем особый. Я говорю не о какой-либо нечистоте, но о том, что в домах эиих пахнет воспоминанями - дверьми, которые оставались закрытыми очень долго время, тягостной ностальгической замкнутостью, иногда гнетущей и сковывающей.
Эпоха семидесятых, Британия. Безвкусный английский фаст-фуд и уродливая школьная форма; комичные рок-музыканты и гнилые политики; припудренный лицемерием расизм и ощущение перемен — вот портрет того времени, ирреального, трагичного и немного нелепого. На эти годы пришлось взросление Бена и его друзей, героев нового романа современного английского классика Джонатана Коу. Не исключено, что будущие поколения будут представлять себе Англию конца двадцатого века именно по роману Джонатана Коу. Но Коу...
В музыке всегда присутствует смысл.
Эпоха семидесятых, Британия. Безвкусный английский фаст-фуд и уродливая школьная форма; комичные рок-музыканты и гнилые политики; припудренный лицемерием расизм и ощущение перемен — вот портрет того времени, ирреального, трагичного и немного нелепого. На эти годы пришлось взросление Бена и его друзей, героев нового романа современного английского классика Джонатана Коу. Не исключено, что будущие поколения будут представлять себе Англию конца двадцатого века именно по роману Джонатана Коу. Но Коу...