Мои цитаты из книг
Услышав этот лай, удивленный кучер обернулся. Он увидел мальчика и пса, которые весело боролись на старых, потертых подушках сиденья: псы и ребята не видят особой разницы между лужайкой и сиденьем коляски.
В Италии нет Деда Мороза, там рождественские подарки раздаёт Фея. К сожалению, не бесплатно. Бедный мальчик Франческо мечтает о «Голубой Стреле» — замечательном игрушечном поезде, но у его родителей нет денег. И вот, в рождественскую ночь все игрушки из магазина Феи — экипаж «Голубой Стрелы», куклы, индейцы, ковбои и Полубородый Капитан со своим кораблём — решают сбежать и сами «подарить» себя Франческо. Им предстоит долгий путь по ночному городу...
Но Франческо и Кнопка так и не узнали, ни что говорит пословица, ни чем кончилась история кучера. Старик говорил, говорил, а два друга - я чуть не сказал два мальчика - уже обнаружили, что вдвоем можно играть, смеяться, развлекаться. И пасмурный день в занесенном снегом городе вдруг показался им светлым и радостным, как солнечный день на берегу моря.
В Италии нет Деда Мороза, там рождественские подарки раздаёт Фея. К сожалению, не бесплатно. Бедный мальчик Франческо мечтает о «Голубой Стреле» — замечательном игрушечном поезде, но у его родителей нет денег. И вот, в рождественскую ночь все игрушки из магазина Феи — экипаж «Голубой Стрелы», куклы, индейцы, ковбои и Полубородый Капитан со своим кораблём — решают сбежать и сами «подарить» себя Франческо. Им предстоит долгий путь по ночному городу...
Дети и медведи живут дружно, потому что хотя бы в одном они схожи: они всегда хотят играть.
В Италии нет Деда Мороза, там рождественские подарки раздаёт Фея. К сожалению, не бесплатно. Бедный мальчик Франческо мечтает о «Голубой Стреле» — замечательном игрушечном поезде, но у его родителей нет денег. И вот, в рождественскую ночь все игрушки из магазина Феи — экипаж «Голубой Стрелы», куклы, индейцы, ковбои и Полубородый Капитан со своим кораблём — решают сбежать и сами «подарить» себя Франческо. Им предстоит долгий путь по ночному городу...
Однако палач не будет ждать до бесконечности, пока приговоренный курит сигарету за сигаретой. Время казни неотвратимо приближается.
Человек, надев на себя ящик из гофрированного картона, сделав в нем прорези для рук и смотровое окошечко со шторкой, прячется в этом ящике от окружающей действительности. Но ждет и ответной реакции: окружающий мир не должен касаться его никоим образом. Но сложность в том, что общество не отпускает человека-ящика из своих цепких объятий, завязываются странные отношения с миром вокруг. Отсюда несколько смысловых пластов романа: вначале мы читаем записки самого человека-ящика, потом оказывается,...
«Интересно, какая усталость наступает раньше – от болтовни или от ее слушанья?
Человек, надев на себя ящик из гофрированного картона, сделав в нем прорези для рук и смотровое окошечко со шторкой, прячется в этом ящике от окружающей действительности. Но ждет и ответной реакции: окружающий мир не должен касаться его никоим образом. Но сложность в том, что общество не отпускает человека-ящика из своих цепких объятий, завязываются странные отношения с миром вокруг. Отсюда несколько смысловых пластов романа: вначале мы читаем записки самого человека-ящика, потом оказывается,...
" - ...Однажды я спросил тебя: представь себе, что мир вот-вот погибнет, согласилась бы ты провести со мной последние мгновения? Ответ был такой: если бы мне удалось, я бы хотела в одиночестве смотреть на море...
- Неправда. Я должно быть сказала другое: хочу быть вместе с толпой в каком-нибудь оживленном месте... на вокзале, в универмаге - вот где.
- Действительно, нечто подобное.
- Я не думаю, что мир погибнет так просто".
Человек, надев на себя ящик из гофрированного картона, сделав в нем прорези для рук и смотровое окошечко со шторкой, прячется в этом ящике от окружающей действительности. Но ждет и ответной реакции: окружающий мир не должен касаться его никоим образом. Но сложность в том, что общество не отпускает человека-ящика из своих цепких объятий, завязываются странные отношения с миром вокруг. Отсюда несколько смысловых пластов романа: вначале мы читаем записки самого человека-ящика, потом оказывается,...
Ящик для меня не тупик, в который я в конце концов забрел, а широко распахнутая дверь в иной мир. Не знаю в какой, но в совсем иной мир.Меняешься сам, вместе с тобой меняется и внешний мир — никаких других изменений не существует. И изменения эти столь огромны, что за ними не угнаться и самым сенсационным новостям.Ты, так не верящий в перемены, противоречишь самому себе — боясь осуществления того, о чем сам же молил, ты остановил часы.Во всем, что написано до сих пор, нет ни капли лжи. Плод воображения — да, но не ложь. Ложь призвана, вводя в заблуждение того, для кого она предназначена, увести его от правды, воображение же, наоборот, может ближайшей дорогой привести к правде. Я, разумеется, не обязан раскрывать истину. Также и ты не обязан верить мне. Проблема не в обязанностях, проблема в реальных приобретениях и потерях. ...наиболее быстрый способ приближения к истине — не выяснять, кто настоящий человек-ящик, а установить, кто ненастоящий....болезненно реагировать на взгляды окружающих — значит усложнять себе жизнь.Начинать заново можно бесконечно.Вместо того чтобы вылезать из ящика, я лучше весь мир запру в него. Как раз сейчас мир должен закрыть глаза. И он станет таким, каким я представляю его себе.
Человек, надев на себя ящик из гофрированного картона, сделав в нем прорези для рук и смотровое окошечко со шторкой, прячется в этом ящике от окружающей действительности. Но ждет и ответной реакции: окружающий мир не должен касаться его никоим образом. Но сложность в том, что общество не отпускает человека-ящика из своих цепких объятий, завязываются странные отношения с миром вокруг. Отсюда несколько смысловых пластов романа: вначале мы читаем записки самого человека-ящика, потом оказывается,...
Накапливать трудно,выбрасывать ещё труднее.
Человек, надев на себя ящик из гофрированного картона, сделав в нем прорези для рук и смотровое окошечко со шторкой, прячется в этом ящике от окружающей действительности. Но ждет и ответной реакции: окружающий мир не должен касаться его никоим образом. Но сложность в том, что общество не отпускает человека-ящика из своих цепких объятий, завязываются странные отношения с миром вокруг. Отсюда несколько смысловых пластов романа: вначале мы читаем записки самого человека-ящика, потом оказывается,...
Нагота и плоть - вещи абсолютно разные. Нагота - это созданное не руками, а глазами произведение, материалом для которого служит плоть.
Человек, надев на себя ящик из гофрированного картона, сделав в нем прорези для рук и смотровое окошечко со шторкой, прячется в этом ящике от окружающей действительности. Но ждет и ответной реакции: окружающий мир не должен касаться его никоим образом. Но сложность в том, что общество не отпускает человека-ящика из своих цепких объятий, завязываются странные отношения с миром вокруг. Отсюда несколько смысловых пластов романа: вначале мы читаем записки самого человека-ящика, потом оказывается,...
Я говорю серьезно, я готов сделать для тебя все, что в моих силах. Но я бессилен. Досадно, но я способен только на то, чтобы смотреть в видоискатель и щелкать затвором.
Могу еще купать в проявителе твой прозрачный силуэт. Желтовато-зеленая лампа… секундная стрелка часов со светящимися цифрами, показывающими восемь… влажная поверхность фотобумаги, блестящая, точно залитая маслом… всплывающий мягкий силуэт… перечеркивающий силуэт… силуэт, громоздящийся на силуэт… и, наконец, очертания твоего обнаженного тела, подобно следам преступника, оставленным в моем сердце…
Человек, надев на себя ящик из гофрированного картона, сделав в нем прорези для рук и смотровое окошечко со шторкой, прячется в этом ящике от окружающей действительности. Но ждет и ответной реакции: окружающий мир не должен касаться его никоим образом. Но сложность в том, что общество не отпускает человека-ящика из своих цепких объятий, завязываются странные отношения с миром вокруг. Отсюда несколько смысловых пластов романа: вначале мы читаем записки самого человека-ящика, потом оказывается,...