Мои цитаты из книг
если двое сказали, что ты пьян, ложись спать
Увлекательные истории из жизни литературной богемы. В свойственной ему манере – афористично, ярко, весело – Юрий Поляков делится со слушателями драгоценной россыпью невероятных сюжетов.
Любовные перипетии, столичные склоки, политическая борьба, опыт утрат и обретений – чего здесь только нет! И как всегда у писателя, это именно та книга, которую с нетерпением ждут ценители хорошей прозы.
Союзу писателей России смело можно вернуть довоенную аббревиатуру ССП. Но расшифровывается она теперь так: Союз самопровозглашенных писателей. Ведь писатель не тот, кто пишет, а тот, кого читают. Увы, патриотической макулатурой можно нынче Ангару перекрывать.
Увлекательные истории из жизни литературной богемы. В свойственной ему манере – афористично, ярко, весело – Юрий Поляков делится со слушателями драгоценной россыпью невероятных сюжетов.
Любовные перипетии, столичные склоки, политическая борьба, опыт утрат и обретений – чего здесь только нет! И как всегда у писателя, это именно та книга, которую с нетерпением ждут ценители хорошей прозы.
Жизнь без писателя обойдется, писатель без жизни – нет.
Увлекательные истории из жизни литературной богемы. В свойственной ему манере – афористично, ярко, весело – Юрий Поляков делится со слушателями драгоценной россыпью невероятных сюжетов.
Любовные перипетии, столичные склоки, политическая борьба, опыт утрат и обретений – чего здесь только нет! И как всегда у писателя, это именно та книга, которую с нетерпением ждут ценители хорошей прозы.
скоропостижная слава обладает уникальным оглупляющим эффектом
Увлекательные истории из жизни литературной богемы. В свойственной ему манере – афористично, ярко, весело – Юрий Поляков делится со слушателями драгоценной россыпью невероятных сюжетов.
Любовные перипетии, столичные склоки, политическая борьба, опыт утрат и обретений – чего здесь только нет! И как всегда у писателя, это именно та книга, которую с нетерпением ждут ценители хорошей прозы.
шестидесятники, умевшие элегантно дерзить советской власти, не выпуская из губ ее питательных сосцов
Увлекательные истории из жизни литературной богемы. В свойственной ему манере – афористично, ярко, весело – Юрий Поляков делится со слушателями драгоценной россыпью невероятных сюжетов.
Любовные перипетии, столичные склоки, политическая борьба, опыт утрат и обретений – чего здесь только нет! И как всегда у писателя, это именно та книга, которую с нетерпением ждут ценители хорошей прозы.
Женщина становится женщиной не тогда, когда физиология взмахнет своей дирижерской палочкой, а тогда, когда почувствует сокрушительную власть над мужчиной.
Дина Рубина совершила невозможное — соединила три разных жанра: увлекательный и одновременно почти готический роман о куклах и кукольниках, стягивающий воедино полюса истории и искусства; семейный детектив и психологическую драму, прослеженную от ярких детских и юношеских воспоминаний до зрелых седых волос. Страсти и здесь «рвут» героев. Человек и кукла, кукольник и взбунтовавшаяся кукла, человек как кукла — в руках судьбы, в руках Творца, в подчинении семейной наследственности? — эта глубокая...
Из движения рождается история, говорил он; из жеста рождается жизнь...
Дина Рубина совершила невозможное — соединила три разных жанра: увлекательный и одновременно почти готический роман о куклах и кукольниках, стягивающий воедино полюса истории и искусства; семейный детектив и психологическую драму, прослеженную от ярких детских и юношеских воспоминаний до зрелых седых волос. Страсти и здесь «рвут» героев. Человек и кукла, кукольник и взбунтовавшаяся кукла, человек как кукла — в руках судьбы, в руках Творца, в подчинении семейной наследственности? — эта глубокая...
Легкость придет с привычкой к тяжести. Пока тебе больно, ты ни о чем и думать не можешь.
Дина Рубина совершила невозможное — соединила три разных жанра: увлекательный и одновременно почти готический роман о куклах и кукольниках, стягивающий воедино полюса истории и искусства; семейный детектив и психологическую драму, прослеженную от ярких детских и юношеских воспоминаний до зрелых седых волос. Страсти и здесь «рвут» героев. Человек и кукла, кукольник и взбунтовавшаяся кукла, человек как кукла — в руках судьбы, в руках Творца, в подчинении семейной наследственности? — эта глубокая...
Я не алкаш. У меня папаша был алкашом, а это наилучшая прививка…
Дина Рубина совершила невозможное — соединила три разных жанра: увлекательный и одновременно почти готический роман о куклах и кукольниках, стягивающий воедино полюса истории и искусства; семейный детектив и психологическую драму, прослеженную от ярких детских и юношеских воспоминаний до зрелых седых волос. Страсти и здесь «рвут» героев. Человек и кукла, кукольник и взбунтовавшаяся кукла, человек как кукла — в руках судьбы, в руках Творца, в подчинении семейной наследственности? — эта глубокая...
Марионетка - там другое, другие отношения с человеком. Это ведь древнейшая модель человека, знаешь? Был в Древней Греции философ Платон. У него тысяча учеников была. Ты у меня один, а у Платона - тысяча! Так вот, Платон называл человека божьей марионеткой и говорил, что у него тоже много нитей - добрые побуждения, дурные побуждения... Но подчиняться стоит только "золотой нити" разума...
Дина Рубина совершила невозможное — соединила три разных жанра: увлекательный и одновременно почти готический роман о куклах и кукольниках, стягивающий воедино полюса истории и искусства; семейный детектив и психологическую драму, прослеженную от ярких детских и юношеских воспоминаний до зрелых седых волос. Страсти и здесь «рвут» героев. Человек и кукла, кукольник и взбунтовавшаяся кукла, человек как кукла — в руках судьбы, в руках Творца, в подчинении семейной наследственности? — эта глубокая...