Например, влюбился в прекрасную сачаканскую девушку, женился и поклялся не покидать ее, а она умерла, или бросила его, или…— У вас буйная фантазия, мой друг… Тайенд улыбнулся: — Или он влюбился в прекрасного сачаканского юношу. Власти узнали и изгнали его из страны.
Люди безрассудно принимают любовь как должное, считая, что она будет длиться вечно. Только в разлуке понимаешь, каким сокровищем обладал
В каждом слухе есть доля правды, но попробуй ее найти.
живописец с идеально голой, но слегка обитой головой, которую он постоянно вписывал в свои картины (Саломея с кегельным шаром);
...и молодцеватый советский писатель с ежом и трубочкой, свято не понимавший, в какое общество он попал
Мне делалось тревожно, оттого что попусту тратилось что-то милое, изящное и неповторимое, которым я злоупотреблял, выхватывая наиболее случайные, жалко очаровательные крупицы и пренебрегая всем тем скромным, но верным, что, может быть, шепотом обещало оно. Мне было тревожно, оттого что я как-никак принимал Нинину жизнь, ложь и бред этой жизни. Мне было тревожно, оттого что, несмотря на отсутствие разлада, я все-таки был вынужден, хотя бы в порядке отвлеченного толкования собственного бытия, выбирать между миром, где я как на картине сидел с женой, дочками, доберман-пинчером (полевые венки, перстень и тонкая трость), между вот этим счастливым, умным, добрым миром... и чем?
“А что, если я вас люблю?” Нина взглянула, я повторил, я хотел добавить... но что-то, как летучая мышь, мелькнуло по ее лицу, быстрое, странное, почти некрасивое выражение, и она, которая запросто, как в раю, произносила непристойные словечки, смутилась; мне тоже стало неловко...
Меня всегда раздражало самодовольное убеждение, что крайность в искусстве находится в некоей метафизической связи с крайностью в политике, при настоящем соприкосновении с которой изысканнейшая литература, конечно, становится, по ужасному, ещё мало исследованному свиному закону, такой же затасканной и общедоступной серединой, как любая идейная дребедень.
Вновь и вновь она впопыхах появлялась на полях моей жизни, совершенно не влияя на основной текст.
регалии старости