Мои цитаты из книг
Но так рассуждало только первое бетризованное поколение, а потом, естественно, наступило забвение и безразличие; дети, узнавая о романтической эпохе астронавтики, поражались ей, быть может даже чуточку боялись своих непонятных предков, столь же чуждых и загадочных, как их прадеды, запутавшиеся в грабительских войнах и походах за золотом. Именно это безразличие изумляло меня больше всего, потому что оно было хуже безоговорочного осуждения. То, ради чего мы готовы были отдать жизнь, теперь окружено молчанием, похоронено и предано забвению.
Они возвратились на родную планету, где за время межзвездного полета прошло больше ста лет и все так изменилось, что земля стала чужой им. Другие дома и иные машины, иная одежда и другая еда, даже природа стала неизвестной. А люди? Внешне они такие же, но что-то произошло с их душами. Оказывается они теперь неспособны убивать — эту возможность у человека отобрали на генетическом уровне. Однако вместе с агрессивностью человечество утратило и нечто большее… Есть ли будущее у этого якобы...
Задыхаясь, я остановился у бассейна, сел на бетонный обрез, опустил голову и увидел отражение звёзд. Я не хотел звёзд. Мне не нужны были звёзды. Я был психопатом, сумасшедшим, когда дрался за участие в экспедиции, когда разрешал в гравиторах превращать себя в мешок, источающий кровь; зачем мне это понадобилось, для чего, почему я не понимал тогда, что надо быть обыкновенным, обыкновеннейшим, что иначе нельзя, не стоит жить?
Они возвратились на родную планету, где за время межзвездного полета прошло больше ста лет и все так изменилось, что земля стала чужой им. Другие дома и иные машины, иная одежда и другая еда, даже природа стала неизвестной. А люди? Внешне они такие же, но что-то произошло с их душами. Оказывается они теперь неспособны убивать — эту возможность у человека отобрали на генетическом уровне. Однако вместе с агрессивностью человечество утратило и нечто большее… Есть ли будущее у этого якобы...
Кажется, Платон сказал: «Несчастный, ты получишь то, что хотел».
Они возвратились на родную планету, где за время межзвездного полета прошло больше ста лет и все так изменилось, что земля стала чужой им. Другие дома и иные машины, иная одежда и другая еда, даже природа стала неизвестной. А люди? Внешне они такие же, но что-то произошло с их душами. Оказывается они теперь неспособны убивать — эту возможность у человека отобрали на генетическом уровне. Однако вместе с агрессивностью человечество утратило и нечто большее… Есть ли будущее у этого якобы...
И знаете, почему именно математика? Я только там понял. Потому что она выше всего. Работы Абеля и Кронекера сегодня так же хороши, как четыреста лет назад., и так будет всегда. Возникают новые пути, но и старые ведут дальше. Они не зарастают. Там... там- вечность. Только математика не боится ее. Там я понял, как она беспредельна. И незыблема. Другого такого нет. И то, что она давалась мне тяжело, тоже было хорошо. Я бился над нею и, огда не мог заснуть, повторял пройденный днем материал.
Они возвратились на родную планету, где за время межзвездного полета прошло больше ста лет и все так изменилось, что земля стала чужой им. Другие дома и иные машины, иная одежда и другая еда, даже природа стала неизвестной. А люди? Внешне они такие же, но что-то произошло с их душами. Оказывается они теперь неспособны убивать — эту возможность у человека отобрали на генетическом уровне. Однако вместе с агрессивностью человечество утратило и нечто большее… Есть ли будущее у этого якобы...
Знаешь что? Давай купим себе несколько кур, будем им головы сворачивать.
Они возвратились на родную планету, где за время межзвездного полета прошло больше ста лет и все так изменилось, что земля стала чужой им. Другие дома и иные машины, иная одежда и другая еда, даже природа стала неизвестной. А люди? Внешне они такие же, но что-то произошло с их душами. Оказывается они теперь неспособны убивать — эту возможность у человека отобрали на генетическом уровне. Однако вместе с агрессивностью человечество утратило и нечто большее… Есть ли будущее у этого якобы...
"Если женщина должна стать как пламень, мужчина должен быть как лед"
Они возвратились на родную планету, где за время межзвездного полета прошло больше ста лет и все так изменилось, что земля стала чужой им. Другие дома и иные машины, иная одежда и другая еда, даже природа стала неизвестной. А люди? Внешне они такие же, но что-то произошло с их душами. Оказывается они теперь неспособны убивать — эту возможность у человека отобрали на генетическом уровне. Однако вместе с агрессивностью человечество утратило и нечто большее… Есть ли будущее у этого якобы...
Считалось естественным, что воспитание детей требует высокой квалификации и всесторонней подготовки, даже специального обучения; чтобы получить разрешение завести ребёнка, супруги должны были сдавать что-то вроде экзаменов, вначале это показалось мне весьма странным, но, подумав, я вынужден был признать, что парадоксальность обычаев отягощала скорее нас, а не их, - в старом обществе нельзя было, например, строить дом, мост, лечить болезни, наконец просто выполнять административную работу, не имея соответствующего образования, и только наиболее ответственное дело – рождение детей, формирование их психики – было отдано на произвол слепого случая и минутного желания, а общество вмешивалось лишь тогда, когда ошибки, если они были совершены – уже поздно было исправлять.
Они возвратились на родную планету, где за время межзвездного полета прошло больше ста лет и все так изменилось, что земля стала чужой им. Другие дома и иные машины, иная одежда и другая еда, даже природа стала неизвестной. А люди? Внешне они такие же, но что-то произошло с их душами. Оказывается они теперь неспособны убивать — эту возможность у человека отобрали на генетическом уровне. Однако вместе с агрессивностью человечество утратило и нечто большее… Есть ли будущее у этого якобы...
Мы ликвидировали ад страстей, и тогда оказалось, что вместе с ним исчез и рай.
Они возвратились на родную планету, где за время межзвездного полета прошло больше ста лет и все так изменилось, что земля стала чужой им. Другие дома и иные машины, иная одежда и другая еда, даже природа стала неизвестной. А люди? Внешне они такие же, но что-то произошло с их душами. Оказывается они теперь неспособны убивать — эту возможность у человека отобрали на генетическом уровне. Однако вместе с агрессивностью человечество утратило и нечто большее… Есть ли будущее у этого якобы...
Невинная девчонка, которая делала несчастными всех, потому что не хотела обижать никого.
Они возвратились на родную планету, где за время межзвездного полета прошло больше ста лет и все так изменилось, что земля стала чужой им. Другие дома и иные машины, иная одежда и другая еда, даже природа стала неизвестной. А люди? Внешне они такие же, но что-то произошло с их душами. Оказывается они теперь неспособны убивать — эту возможность у человека отобрали на генетическом уровне. Однако вместе с агрессивностью человечество утратило и нечто большее… Есть ли будущее у этого якобы...
Большинство людей пользуется техникой своего времени, абсолютно не понимая ее.
Они возвратились на родную планету, где за время межзвездного полета прошло больше ста лет и все так изменилось, что земля стала чужой им. Другие дома и иные машины, иная одежда и другая еда, даже природа стала неизвестной. А люди? Внешне они такие же, но что-то произошло с их душами. Оказывается они теперь неспособны убивать — эту возможность у человека отобрали на генетическом уровне. Однако вместе с агрессивностью человечество утратило и нечто большее… Есть ли будущее у этого якобы...