Мои цитаты из книг
...с женщинами вечно тонешь в болоте реальности, иначе говоря - в словах.
Мантисса - это роман о романе, звучное эхо написанного и лишь едва угадываемые звуки того, что еще будет написано... И главный герой - писатель, творец, чья чувственная фантазия создает особый мир; в нем бушуют страсти, из плена которых не может вырваться и он сам. Джон Фаулз - один из наиболее выдающихся (и заслуженно популярных) британских писателей ХХ века, современный классик главного калибра, автор всемирных бестселлеров "Коллекционер" и "Волхв", "Любовница французского лейтенанта" и "Башня...
Нежности в тебе - как в том долбаном кактусе.
Мантисса - это роман о романе, звучное эхо написанного и лишь едва угадываемые звуки того, что еще будет написано... И главный герой - писатель, творец, чья чувственная фантазия создает особый мир; в нем бушуют страсти, из плена которых не может вырваться и он сам. Джон Фаулз - один из наиболее выдающихся (и заслуженно популярных) британских писателей ХХ века, современный классик главного калибра, автор всемирных бестселлеров "Коллекционер" и "Волхв", "Любовница французского лейтенанта" и "Башня...
Даже в самых отвратительных философских доктринах можно отыскать что-нибудь положительное
Мантисса - это роман о романе, звучное эхо написанного и лишь едва угадываемые звуки того, что еще будет написано... И главный герой - писатель, творец, чья чувственная фантазия создает особый мир; в нем бушуют страсти, из плена которых не может вырваться и он сам. Джон Фаулз - один из наиболее выдающихся (и заслуженно популярных) британских писателей ХХ века, современный классик главного калибра, автор всемирных бестселлеров "Коллекционер" и "Волхв", "Любовница французского лейтенанта" и "Башня...
Даже самый тупой студент теперь знает, что роман есть средство размышления, а не отражения!
Мантисса - это роман о романе, звучное эхо написанного и лишь едва угадываемые звуки того, что еще будет написано... И главный герой - писатель, творец, чья чувственная фантазия создает особый мир; в нем бушуют страсти, из плена которых не может вырваться и он сам. Джон Фаулз - один из наиболее выдающихся (и заслуженно популярных) британских писателей ХХ века, современный классик главного калибра, автор всемирных бестселлеров "Коллекционер" и "Волхв", "Любовница французского лейтенанта" и "Башня...
Люди обычно не осознают, насколько они зависят от возможности быть узнанными, ведь именно это служит им доказательством их существования.
Мантисса - это роман о романе, звучное эхо написанного и лишь едва угадываемые звуки того, что еще будет написано... И главный герой - писатель, творец, чья чувственная фантазия создает особый мир; в нем бушуют страсти, из плена которых не может вырваться и он сам. Джон Фаулз - один из наиболее выдающихся (и заслуженно популярных) британских писателей ХХ века, современный классик главного калибра, автор всемирных бестселлеров "Коллекционер" и "Волхв", "Любовница французского лейтенанта" и "Башня...
Нежности в тебе - как в том долбанном кактусе.
Мантисса - это роман о романе, звучное эхо написанного и лишь едва угадываемые звуки того, что еще будет написано... И главный герой - писатель, творец, чья чувственная фантазия создает особый мир; в нем бушуют страсти, из плена которых не может вырваться и он сам. Джон Фаулз - один из наиболее выдающихся (и заслуженно популярных) британских писателей ХХ века, современный классик главного калибра, автор всемирных бестселлеров "Коллекционер" и "Волхв", "Любовница французского лейтенанта" и "Башня...
Перед ним сидела женщина, прожившая последние тридцать восемь лет в полном одиночестве. «Ей было сорок лет, когда она потеряла близких. Как мне, – подумал он. – Чем же она жила? Зачем же она жила?»
– Чем же вы занимались после войны?
– Я преподавала. Французский, немецкий… Теперь вяжу, читаю. Пишу письма своим ученикам, изредка получаю от них…
– Но не казалось ли вам, что этого мало для жизни? Что для этого не стоит жить? – допытывался Демилле.
– Это очень много, Женя. Это есть жизнь.
От издателя `Этот главный роман своей жизни я писал семь лет с некоторыми перерывами, понимая, что опубликовать его невозможно. Он был закончен в канун больших перемен в нашем обществе и уже через два года опубликован в журнале `Нева`, а затем издан отдельной книгой. Прошло совсем немного времени, и выяснилось, что потрясения отдельно стоящего дома с его жильцами, описанные в романе, во многом предугадали потрясения, случившиеся с нашей отчизной и не менее фантастические`. (Александр Житинский)...
– Cколько в английском языке глаголов, обозначающих процесс принятия алкоголя? Ну, синонимов глаголов «выпить» или «напиться»?
– Я не считал. Думаю, что три-четыре найдется.
– А послушайте, как обстоят дела у нас. Для удобства счета я буду располагать синонимы триадами. Итак:
отпраздновать, совершить возлияние, принести жертву Бахусу,
откушать, причаститься, приложиться,
вздрогнуть, загрузить, остаканиться,
поддать, влить, вдеть,
дербалызнуть, дербануть, дерябнуть,
пропустить, проглотить, принять,
сообразить на троих (триада, милорд!),
хлопнуть, клюнуть, бухнуть,
зашибить, засосать, засадить,
чебурахнуть, чекалдыкнуть, царапнуть,
керосинить, керогазить, чибиргасить,
загудеть, запить, нажраться,
нализаться, нарезаться, назюзюкаться,
промочить горло, заложить за галстук, залить за воротник,
пропустить по махонькой, похмелиться, поправить здоровье,
раздавить бутылек, банку, пузырек (тоже триада!),
дернуть, треснуть, колдырнуть,
кирнуть, тяпнуть, бацнуть,
шибануть, хапнуть, гепнуть,
врезать, вмазать, жахнуть,
шарахнуть, шлепнуть, шваркнуть,
выдуть, вылакать, набраться,
залить зенки, налить глаза, оттянуться,
налимониться, надраться, набубениться,
перебрать, набраться, нагрузиться,
упиться в сосиску, упиться в стельку, упиться в хлам…
От издателя `Этот главный роман своей жизни я писал семь лет с некоторыми перерывами, понимая, что опубликовать его невозможно. Он был закончен в канун больших перемен в нашем обществе и уже через два года опубликован в журнале `Нева`, а затем издан отдельной книгой. Прошло совсем немного времени, и выяснилось, что потрясения отдельно стоящего дома с его жильцами, описанные в романе, во многом предугадали потрясения, случившиеся с нашей отчизной и не менее фантастические`. (Александр Житинский)...
Свобода, манящая нас с пеленок, посещает лишь бродяг и нищих. Мы же довольствуемся осознанной необходимостью и, обремененные тяжестью осознанных обстоятельств, тщетно твердим себе, что мы свободны, потому что понимаем – насколько несвободны.
От издателя `Этот главный роман своей жизни я писал семь лет с некоторыми перерывами, понимая, что опубликовать его невозможно. Он был закончен в канун больших перемен в нашем обществе и уже через два года опубликован в журнале `Нева`, а затем издан отдельной книгой. Прошло совсем немного времени, и выяснилось, что потрясения отдельно стоящего дома с его жильцами, описанные в романе, во многом предугадали потрясения, случившиеся с нашей отчизной и не менее фантастические`. (Александр Житинский)...
Я сейчас подумал о переводах. Вот ежели такой роман, как наш, перевести с русского на английский, потом с английского на китайский, с китайского на венгерский, с венгерского на фарси, с фарси на латынь, с латыни на монгольский, с монгольского на украинский, с украинского на швейцарский, с швейцарского на русский – и сравнить то, что получилось, с оригиналом… Как вы думаете, какой вариант будет лучше – первый или последний? Мне кажется все же – последний, ибо переводчик никогда не может удержаться от того, чтобы не внести в переводимое сочинение несколько собственных красот, а, учитывая интернациональную компанию переводчиков, красоты тоже будут со всего земного шара… хотел бы я на это посмотреть!.. роман приобрел бы английскую строгость, китайскую хитрость, венгерскую удаль, таджикскую мудрость, латинскую звучность, монгольскую зоркость, украинскую мягкость, швейцарскую сырность…
От издателя `Этот главный роман своей жизни я писал семь лет с некоторыми перерывами, понимая, что опубликовать его невозможно. Он был закончен в канун больших перемен в нашем обществе и уже через два года опубликован в журнале `Нева`, а затем издан отдельной книгой. Прошло совсем немного времени, и выяснилось, что потрясения отдельно стоящего дома с его жильцами, описанные в романе, во многом предугадали потрясения, случившиеся с нашей отчизной и не менее фантастические`. (Александр Житинский)...