Однако, я смотрела на них с той же холодностью, что и американец, лицезревший на экране цветного телевизора голодающих в Африке детей- маленькие черные скелетики с непомерно большими головами, умоляющие о глотке воды. Потом- новости, реклама, музыкальная вставка, далее- репортаж корреспондента Си-Эн-Эн из Палестины: летящие камни, резиновые пули.... Телевизионная кровь
Если же ты хочешь обрести плотскую жизнь, человеческую жизнь, тяжелую жизнь, способную течь сквозь пространство и время, то дерись за нее. Если тебе ближе человеческая философия, то борись за нее и набирайся мудрости, чтобы ничто и никогда не причинило тебе вреда. Мудрость есть сила. Превратись, кем бы ты ни был, в существо с определенными намерениями.
Но знай вот что. Все, что существует под небом, – обман. Все мифы, вся религия, вся философия, вся история – сплошная ложь».
Ты меня преобразил и заставил отчаянно поверить в то, что в повествовании можно найти хотя бы тень смысла.
Ибо, как правило, любая попытка больше узнать об этом мире заставляет столкнуться с невероятным количеством трагедий и не вызывает ничего, кроме отвращения.
«Мы непременно должны во всем себе отказывать? Оглянитесь на двор..., на цветы, растущие на стене! Разве ими нельзя наслаждаться? Взгляните, какого они неистово красного цвета! Самих по себе этих цветов достаточно, чтобы избавить человека от печали. Кто скажет, что глаза мудрее рук или губ?»
Я подразумевала только то, что сам мир наполнен таким количеством вещей, которые нужно лелеять, сохранять, чтить, что наслаждение великолепно уже само по себе…
Демоны переполнены страстями. Но в ангелах этого вовсе нет.
Однако Филиппо Марии Висконти присуще было и своеобразное чувство юмора. Дабы напугать кого-нибудь, он мог внезапно выхватить припрятанную в рукаве змею! Прелестно - как вам кажется?
Помните, я рассказывал вам о том, как вместе с моим отцом проезжал верхом сквозь лесные чащи, и мы говорили о Фра Филиппо? Мой отец спросил тогда, что же так сильно влечет меня к этому монаху. Я ответил, что именно борьба и раздвоение личности в Филиппо привлекают меня - это противоречие, которое отражается в мучениях на лицах его героев.
Филиппо сам по себе был воплощением бури. Таким же стал и я сам.