— Ну, я пару покупаю; продаёшь ты? — Нет, меняю. — Что в промен берёшь добра? — Два-пять шапок серебра. — То есть, это будет десять. Царь тотчас велел отвесить и, по милости своей, дал в прибавок пять рублей. Царь-то был великодушный!
Эко диво! — все кричали. — Мы и слыхом не слыхали, Чтобы льзя похорошеть!
Не осталось фотографий, не осталось записок, даже нормальных слухов не осталось. Огонь, вода, время, эта троица хорошенько поработала.
Тяжело. Заглянуть в глаза вечности и остаться стоять на ногах. Трудно. Ощутил себя… Даже не крысой, насекомым, живущим под доской, там, где проходит дорога.
... неотвратимость смерти, которую я нес с тех пор, как достиг роста колеса.
Некоторое время на нас смотрели расширенные глаза, затем они мигнули, и появилась рука, она зажала рот. На лице зашевелилась жизнь, девушка задрожала и зажала рот второй рукой. Девушка зарыдала.
– Это фатальная ошибка, – сказал Продольник вредным голосом. – Ошибка, последствия которой придется расхлебывать нашим несчастным потомкам. Конечно, я не разделяю всего этого вульгарного алармизма… – Продольник сделал пальцем окружающий жест.
– Так вы полагаете, черной дыры не возникнет? – нахально перебила девушка.
Продольник презрительно ухмыльнулся.
– Но некоторые ученые предсказывают именно такой исход…
– Некоторые ученые всерьез ищут снежного человека, – перебил уже Продольник. – Некоторые ученые пользуют население коровьей уриной. Вы мне еще расскажите, что вселенная состоит изо льда! Давайте говорить серьезно. Все эти сказки про рукотворную черную дыру, про конец света, про сопряжение пространств и вторжение чудовищ – не более чем страшилки для обывателя. Анекдоты. Конец света наступает здесь! – Бородач постучал себя по голове. – Гейнц с упорством слепца ищет доказательство теории струн. Он тешит свои персональные амбиции, на это уходят триллионы – вот где черная дыра. Безответственные инфантильные гении, возводящие ради удовлетворения своих извращенных грез фантастические карусели, – вот где чудовища. Мы построили самую дорогую в истории человечества игрушку – и послезавтра она будет запущена.
Доверяйте предчувствиям, останетесь живы.
– Какая традиция? – не понял носитель камеры, Белов. – Шампанское о форштевень?
– Можно сказать, и шампанское. Меня один старый физик научил. – Рыжий огляделся. – Чтобы все получилось, надо поссать на ускоритель, – сказал он.
– Что?
– Поссать на ускоритель, Ландау так всегда делал. Как построят где реактор новый или ускоритель, так его сразу туда и приглашают. Чтобы он помочился наудачу. Как помочится, так все обязательно хорошо пройдет, открытий разных понасовершают, собаку в космос запустят.
– Ты что, Ландау? – спросил Белов.
– Каждый из нас внутри немного Ландау. Брось, Белов, это традишн. Давай.
– А если замыкание?
Рыжий расхохотался.
– Если случится замыкание, то ты, Белов, вознесешься на небеса самым оригинальным способом.
... прогресс, будь то прогресс научный или прогресс социальный, он требует жертв. Завтрашний день… Его не приблизить, обложившись подушками.