Мои цитаты из книг
"Именно Игорь пристрастил Захара к букинистическим, и начался изнуряющий гон, вечные поиски редких изданий, обмены, звонки букинистам, странные знакомства, удивительные трофеи: в том магазине, что на Московском проспекте, за Технологическим институтом, Захару удалось купить синодальное издание Библии с полным циклом гравюр Доре.
— Как могло случиться, что ее вообще выставили к продаже?! — восклицал Игорь, завистливо поглаживая драгоценный переплет.
— А вот квитанция: директор оформил ее как гравюры Доре с сопровождающим их текстом. Ну, не молодец?!
И был еще замечательный букинистический «Старая книга» — если идти от Невского на Дворцовую площадь, не доходя метров пятьдесят до Арки Росси — это был настоящий антикварный заповедник!
Почему-то помнится он с мокрым снегом на ступенях крыльца. Как войдешь — темный коридор, мышиный запах старых книг… Там был вынюхан, выпасен и выхвачен Гете, гербелевское издание с научными статьями, в том числе, с одной, чрезвычайно Захара интересовавшей статьей — о природе света" (с.)
Ни один человек на нашей земле не может сказать — кто он есть. Главный герой — гений подделки, который влюбленный в живопись. Он фальсификатор с душою настоящего художника. Он авантюрист, но благородный, вроде Робина Гуда от искусства, он необыкновенно интеллектуальный и обаятельный мошенник. Авантюрная судьба Кордовина Захара показывает сюжет его жизни как захватывающий триллер. Событиясменяют друг-друга, не давая овлечься читателю. Иерусалим и Рим, Винница и Питер, Кордова, Толедо, и Ватикан...
Людка уверяла, что революция победила потому, что большевики знали все проходные дворы как свои пять пальцев.
Ни один человек на нашей земле не может сказать — кто он есть. Главный герой — гений подделки, который влюбленный в живопись. Он фальсификатор с душою настоящего художника. Он авантюрист, но благородный, вроде Робина Гуда от искусства, он необыкновенно интеллектуальный и обаятельный мошенник. Авантюрная судьба Кордовина Захара показывает сюжет его жизни как захватывающий триллер. Событиясменяют друг-друга, не давая овлечься читателю. Иерусалим и Рим, Винница и Питер, Кордова, Толедо, и Ватикан...
При дворах европейских все происходит точно так же, и самое прискорбное заключается в том, что при сведении счетов, а такое сведение всегда неизбежно, какая бы сторона не одержала верх, при сведении счетов чаще всего страдают именно те, кто помельче. Верховоды же, истинные смутители государственного спокойствия, обычно отделываются сравнительно легко.
Иван Грозный… Кажется, нет героя в русской истории более известного. Но Ю. Слепухин находит новые слова, интонации, новые факты. И оживает Русь старинная в любви, трагедии, преследованиях, интригах и славе. Исторический роман и психологическая драма верности, долга, чувства.
Русскому человеку коли выпить надо, жид не помеха.
Иван Грозный… Кажется, нет героя в русской истории более известного. Но Ю. Слепухин находит новые слова, интонации, новые факты. И оживает Русь старинная в любви, трагедии, преследованиях, интригах и славе. Исторический роман и психологическая драма верности, долга, чувства.
Издревле известно, гада дави сразу или обходи стороной.
Иван Грозный… Кажется, нет героя в русской истории более известного. Но Ю. Слепухин находит новые слова, интонации, новые факты. И оживает Русь старинная в любви, трагедии, преследованиях, интригах и славе. Исторический роман и психологическая драма верности, долга, чувства.
А подкупить можно было всякого, просто одних нужно было уговаривать, а другие брали сразу.
Иван Грозный… Кажется, нет героя в русской истории более известного. Но Ю. Слепухин находит новые слова, интонации, новые факты. И оживает Русь старинная в любви, трагедии, преследованиях, интригах и славе. Исторический роман и психологическая драма верности, долга, чувства.
Оплакивать его бы он не стал, на Руси ежели каждого оплакивать, слез хватит не надолго.
Иван Грозный… Кажется, нет героя в русской истории более известного. Но Ю. Слепухин находит новые слова, интонации, новые факты. И оживает Русь старинная в любви, трагедии, преследованиях, интригах и славе. Исторический роман и психологическая драма верности, долга, чувства.
- Бог милостив. Нечто мы на Руси такие уж все непутевые, что нам теперь за грехи наши, что не государь, то вурдалак. - Авось, чего иного дождемся...
Иван Грозный… Кажется, нет героя в русской истории более известного. Но Ю. Слепухин находит новые слова, интонации, новые факты. И оживает Русь старинная в любви, трагедии, преследованиях, интригах и славе. Исторический роман и психологическая драма верности, долга, чувства.
Нынче войны не на полянах сражений выигрываются, а за столами переговоров.
Иван Грозный… Кажется, нет героя в русской истории более известного. Но Ю. Слепухин находит новые слова, интонации, новые факты. И оживает Русь старинная в любви, трагедии, преследованиях, интригах и славе. Исторический роман и психологическая драма верности, долга, чувства.
А вместе с радостью сразу вторгся страх за эту радость, просто потому что ее было слишком много, а в жизни не должно быть ничего слишком, иначе за это приходится платить и платить сторицей.
Иван Грозный… Кажется, нет героя в русской истории более известного. Но Ю. Слепухин находит новые слова, интонации, новые факты. И оживает Русь старинная в любви, трагедии, преследованиях, интригах и славе. Исторический роман и психологическая драма верности, долга, чувства.