Я очнулся в XIX веке, в теле избитого до полусмерти мальчишки.
Вместо госпиталя — копна сена в хлеву, вместо автоматов — кнут и шашка, вместо спецназа — станичные казаки, живущие по своим законам.
Память боевого ветерана и сила воли остаются при мне. Чтобы выжить в новом мире, мальчишке придётся побыстрее стать воином.
Человек, который должен был рассказать мне о моей семье и моем наследии, мертв. От него осталось только письмо, отправляющее меня за тысячи километров.
Чтобы добраться, наконец, до правды, одного желания недостаточно. Мне придется сыграть сына криминального авторитета, вступить в борьбу за власть внутри банды и начать путь к формированию собственного клана.
И я приму все испытания, что приготовила мне судьба.
Человек, который должен был рассказать мне о моей семье и моем наследии, мертв. От него осталось только письмо, отправляющее меня за тысячи километров.
Чтобы добраться, наконец, до правды, одного желания недостаточно. Мне придется сыграть сына криминального авторитета, вступить в борьбу за власть внутри банды и начать путь к формированию собственного клана.
И я приму все испытания, что приготовила мне судьба.
Простое и понятное, хотя и безрадостное, прошлое осталось позади. Деревня, где вырос, далеко не лучшая, но все-таки семья, человек, который стал учителем и другом. Все это у меня безжалостно отняли. И хотя мне чудом удалось избежать преследования, жизнь мне придется начинать с чистого листа. Что же, возможно, это и не плохо. Впереди – город, впереди – поиски моих корней, бои без правил, городские банды и неизбежный рост силы. Потому что в жестоком мире подворотен и переулков выжить...
Как-то оборвалось всё на полуслове
А вторая часть начинается, пропустив весь смысл!
Кто, на самом деле такой, гг, откуда он взялся, кто его родители!
Там он всё это уже знает...
Я был нелюбимым приемным сыном в деревенской семье. И даже не подозревал, кем являюсь на самом деле.
Все изменилось в одну ночь, когда с неба, объятый пламенем, упал человек.
Судьба или случай свели нас – не знаю, но именно с этой встречи начался мой путь от презираемого приемыша вперед и вверх, к силе, власти и звездам.
Но враги уже близко. И первый урок будет простым: в мире культиваторов выживает только сильнейший.
По дорогам сказочного мира идет человек с мечом. Мир зыбок: магия и войны, забытые народы и подземные твари, деревья, пожирающие время, и сражения звезд в ночном небе.
Кто он, Стократ, чего ищет, чего хочет? Найдет ли средство сохранить этот мир, спасет ли девушку со странным именем Мир?
Быть императорским шутом-убийцей — не так уж и ужасно. Особенно если ты из числа высших одарённых и тебе позволено почти всё. Почти — потому что есть клятва верности его бесценному величеству, стягивающая руки и ноги. Только это была не моя клятва. Но император просчитался, и мои цепи рассыпались. Я снова свободен. Правда, ради этого пришлось умереть и исчезнуть в небытии… погодите, на сколько лет? Впрочем, какая разница. Теперь мне ничто не мешает вернуть себе то, что у меня отняли, — и...
Член совета Дома Джарега бежал, прихватив с собой всю казну Дома. Если об этом станет известно — Дому Джарега конец. Вор должен умереть раньше, чем новость распространится. Но есть проблема — его нельзя убить там, где он сейчас, нельзя выманить оттуда и нельзя оставить в живых. Владу Талтошу предстоит решить эту задачу...
Джек Ривер завершил учёбу и вступил в профессию пилота.
Его новый «мусорщик» и успехи на орбите раздражают опытных коллег и становятся настоящим ударом для крупных контрабандистов — молодой ас перечёркивает их планы и лишает будущих доходов.
В игру вступают матёрые бандиты, и столкновения становятся неизбежны. А по «следу жемчуга» неотступно движутся старые знакомые: для них Джек — и серьёзная угроза, и опасный свидетель.
Давно миновали дни, когда Меримна была сердцем могущественной империи и ее защитникам — Веллерану, Суренару, Моммолеку, Роллори, Аканаксу и Ираину — не знали преград. Но память о них жива: их имена звучат в песнях и легендах.
И вот однажды четыре предводителя кочевников привели свои рати к стенам Меримны. Город остается надеяться лишь на тех, кто, казалось, погиб много лет назад — на героев, некогда принявших последний бой за родные улицы.