Его взгляд скользнул по моему лицу — не с восхищением, не с жадностью, а с тихим интересом, как будто я — загадка, которую он хочет разгадать, а не трофей, который нужно завоевать.
Друг, значит? Нет. Друзей у драконов не бывает. Бывают те, кого он не ест, потому что уважает. И те, кого он не ест, потому что брезгует. И горстки пепла. Но они дружить умеют плохо.
Это был не поцелуй. Объявление войны всем моим попыткам забыть его.
Неприлично делать вид, что вы оскорблены, когда вам сказали правду в лицо.
— Не пожалейте о своем выборе, господин генерал, — улыбнулась Эллен. — Помните. Я вызываю зависть. Она — жалость. Так что вы выбираете? Зависть или жалость?
Она отдала тебе всё... Но ты не можешь лгать себе, Иарменор. Ты не хочешь её. Ты жалеешь. А жалость — не любовь. Это клетка.
Многие из них просто не догадываются, каково это быть женой военного! Ждать, молиться, радоваться редким письмам, переживать… Не видеть мужа месяцами… Сидеть у его кровати, когда он ранен. Не знать, выживет ли он или нет? Это не каждая переживет.
«Ты прекрасна теперь. Так почему же ты чувствуешь себя голой?» — спросила я у самой себя.
Но я знала ответ на этот вопрос.
Потому что красота — это не защита. Это приманка. И он уже видел её.
Видел — и не смог удержаться.
“Завоевать женщину и завоевать крепость — это одно и то же!”
“Любить человека за внешность? Да разве это любовь?! Разве тебе нужна такая любовь? Ты любила его бледное лицо с прожилками черных вен, любила его серые губы, любила заострившиеся черты лица, спутанные в бреду волосы... Ты любила даже рану, которая выглядела так ужасно, что хотелось отвернуться... Ты любила все. А он - только оболочку. Длинные ресницы и красивые глаза, фарфоровую кожу и улыбку!” - пронеслось в голове.