...что доброта имеет свойство возвращаться бумерангом и бить по затылку, когда ты только отвернешься и решишь идти дальше…
А вот нянечка в садике всегда говорила: «Скрипку с ее характером точно принес не аист, а дракон!»
– Нормальный характер, как раз в меру вредный, чтобы мое железное терпение смогло его выдержать…
– Но-но, я попрошу…
Я лишь покачала головой. Так в чувствах мне еще ни разу не объяснялись. Да если разобраться, мне по-путному еще ни разу не признавались. Ну, разве что в детском саду. Тогда дело почти дошло до свадьбы, и я даже отдала жениху в обед свой любимый компот из кураги, но… Выпив до последней капли вкуснятину, он в тихий час уже вовсю кадрил Альку, что спала с ним на соседней кровати. Хотя она все время ходила с соплями, и вообще была некрасивая. Вот еще тогда надо было понять, что мужики по своей природе такие: вроде и благородны, и учтивы, но до чего же падки на разнообразие.
- Знаешь, в женщинах меня всегда возбуждает ум, особенно с нестандартным мышлением. Но если прибавить к нему юмор, красоту и находчивость, то я просто разум теряю.
– И что ты имеешь ввиду? – подозрительно спросила я.
– То, что ты серьезно попала, Катя Скрипка...
Предательство быстро учит осторожности...
Я вообще становлюсь кроткой и очаровательной, когда затеваю пакость...
Бывают поцелуи, которые хочется поставить на повтор. Так вот. Этот оказался как раз таким. Пьянящим, как вино, пряным, жгучим, дразнящим. Андрис провел по моим зубам языком, углубляя поцелуй, заставляя мою голову кружиться. Его сильные руки, дарящие ласковые прикосновения, будоражили и нежили одновременно. Я даже не предоставляла до этого мгновения, что значит – очутиться в сильных мужских руках. Оказалось, что это чудесно. Невесомо. Пьяняще...
Да что ты вообще себе позволяешь! – начала я запальчивую речь, но так и не успела перейти к сути.
Андрис, несмотря на то, что за его земляками прочно закрепилась слава безэмоциональных и слегка заторможенных, проявил прямо-таки взрывной темперамент. Он заткнул мне рот самым легким для мужчины способом – поцеловал шипящую и брыкающуюся меня. Этим Андрис полностью подтвердил извечную истину: женщина – существо эмоциональное, поэтому мужчина должен быть уверенным и решительным.
- Повторяешься! – спокойно обронил брюнет, но глаза его метали молнии. – Нет, это не разговор. Это разминирование боеприпасов времен второй мировой войны. Фиг знает, когда и по какой причине рванет, и разнесет ли в клочья или всего лишь контузит.
– Ты хочешь сказать, что я старая? – из всей фразы выбрала самую удобную часть для атаки.
– Нет, просто я не знаю, с какого бока к тебе подступиться, чтобы остаться целым и добиться цели.
– Какой еще цели? – возмутилась я.
Андрис же, буркнув себе под нос:
– Прав был Горсман, проще всего просто схватить, – сделала шаг и наклонился.
Ой!
Доля секунды – и я оказалась банально перекинутой через плечо брюнета. С мокрыми волосами, с которых тут же на пол десантировалось полотенце, в коротком розовом халатике, дрыгающая ногами и вообще рьяно сопротивляющаяся.
– Поставь где взял!
– И не подумаю, – Андрис вынес меня в коридор...
- Знаешь, Андрис, а тебе никто не говорил, что общение – это как секс: нужно еще вызвать желание у человека этим с тобой заниматься. Все остальное – насилие. Так вот: у меня сейчас нет ни малейшего желания. После долгого дня и всех приключений на мою зад… умную голову я хочу отдохнуть, а не мчаться и выяснять, кто намерен тут всех отравить...