Лично я думала о том, как можно сломать шею и не умереть. А может, я уже… того?
Я проверила пульс на запястье — стучит. Сердце бьется — хороший знак. Затем задержала дыхание — сколько пробуду без него? Выдержала недолго и сдалась, вдохнув. Пока все говорило о том, что я больше жива, чем мертва.
Пока шли, толпа расступалась перед нами и снова смыкалась за нашими спинами, словно мы — Моисей, а циркачи — воды Красного моря
Я опомниться не успела, как всю мою одежду объяло пламенем.
Горела я знатно. Факелы завидуют и нервно курят в сторонке.
— Все пучком, все пучком. Там, где прямо не пролезу, протиснусь бочком, — я принялась разрабатывать план побега.
в блюде отражалась хрупкая бледная немощь. Одной ногой не просто на пороге смерти, а уже за его чертой.
Первое, что решила — не буду сообщать, что я из другого мира. Мало ли как у них здесь относятся к иногородним. Тьфу ты, к иномирным. Еще скажут — понаехали! — и отправят на костер
Но без сомнений, наряд свадебный.
Похоже, я только что вышла замуж. За того, целующегося.
Мужчина-из-грез убрал руку с моего затылка и отступил на шаг. Хотя я была уже не против продолжения. Один раз в жизни бредим, почему не насладиться шоу до конца? И вообще, если уж начал приставать, так имей смелость идти до конца.
Это все перо виновато. Наверняка потерявшая его птица была больна. Недаром у нее выпадают перья. Ну точно, бешенство! Сто раз говорили — не трогай что попало. Мало ли, какая там зараза.
целовал как-то… механически, что ли. Без огонька, а так, словно исполнял заученные упражнения, никакой вольной программы.