Лиам судорожно вздохнул и снова обнял меня, только теперь уже бережно, а не так, будто из меня соки нужно выжать. И накрыл мои губы своими…
Лиам округлил глаза, посмотрел на меня как-то странно, словно решал для себя, а я точно нормальная? А то, может, того? Ку-ку?
И вообще, что страшного, что мужчина обладает повышенной мохнатостью?
Вездесущий Сэм с невозмутимым выражением на лице уже протягивал ему платок, которым граф вытер своё поруганное моим чихом аристократическое лицо.
— Э-э-э… — протянула озадачено. Мне стало обидно. — Трогать нельзя что ли? Так сразу бы и сказали. А то выставили лапы перед самым моим носом, а потом дёргаетесь как в зад ужаленный. И вообще, в чём трагедия? До меня пока не дошло.
я усилием воли подавил раздражение. Нужно спускаться к обеду, а не стоять памятником самому себе, да ещё в собственной спальне.
Сделаю красную комнату и буду пороть тебя, Лиам, как мистер Грей порол Анастейшу. Будешь знать потом…
— В замке имеются подвальные помещения. Есть тюрьма. Пыточных, увы, нет. Но если пожелаете, можете соорудить. Только не представляю, кого вы собираетесь пытать. Если только меня?
-Что ещё покажете? Подвалы у вас есть? Тюрьмы, пыточные? — решила идти ва-банк.
Он на миг опешил, глаза его стали как блюдца. Но граф тут же взял себя в руки, прочистил горло и с наигранным равнодушием поинтересовался:
— Аврора, позвольте узнать, для каких целей интересуетесь наличием тюрьмы и пыточной в моём замке?
Идёмте скорее. Позавтракаем и после поговорим о нашем с вами будущем. И прошу вас, не упадите. Например, на лицо.