Мои цитаты из книг
Как вы прекрасно понимаете, на всё найдется библейская цитата.
Действие романа разворачивается в древнем польском городе Сандомеже, жемчужине архитектуры, не тронутой даже войной, где под развалинами старой крепости обнаружены обескровленный труп и вблизи него — нож для кошерного убоя скота. Как легенды прошлого и непростая история послевоенных польско-еврейских отношений связаны с этим убийством? Есть ли в этих легендах доля правды? В этом предстоит разобраться герою книги прокурору Теодору Щацкому.
Вместо того чтобы напрячь извилины, мы все время гуглим, считая, что весь мир уже переместился в интернет.
Действие романа разворачивается в древнем польском городе Сандомеже, жемчужине архитектуры, не тронутой даже войной, где под развалинами старой крепости обнаружены обескровленный труп и вблизи него — нож для кошерного убоя скота. Как легенды прошлого и непростая история послевоенных польско-еврейских отношений связаны с этим убийством? Есть ли в этих легендах доля правды? В этом предстоит разобраться герою книги прокурору Теодору Щацкому.
Он верил, что в начале каждого деяния стоит слово, что слова о ненависти порождают ненависть, о насилии — насилие, а о смерти — смерть. Каждая известная человечеству резня начиналась с говорильни.
Действие романа разворачивается в древнем польском городе Сандомеже, жемчужине архитектуры, не тронутой даже войной, где под развалинами старой крепости обнаружены обескровленный труп и вблизи него — нож для кошерного убоя скота. Как легенды прошлого и непростая история послевоенных польско-еврейских отношений связаны с этим убийством? Есть ли в этих легендах доля правды? В этом предстоит разобраться герою книги прокурору Теодору Щацкому.
Попытки вернуться к старому тщетны. Придумай мы такое возвращение и запиши его на бумаге, нас бы все равно ждало разочарование, потому что возвращение на бумаге — это всего лишь набор фрагментов, неких слов, отдельных красок и кое-каких ощущений. Река времени уносит свои воды безвозвратно.
Действие романа разворачивается в древнем польском городе Сандомеже, жемчужине архитектуры, не тронутой даже войной, где под развалинами старой крепости обнаружены обескровленный труп и вблизи него — нож для кошерного убоя скота. Как легенды прошлого и непростая история послевоенных польско-еврейских отношений связаны с этим убийством? Есть ли в этих легендах доля правды? В этом предстоит разобраться герою книги прокурору Теодору Щацкому.
Но постепенно я в нее влюбился, влюбился безвозвратно и стал часто задумываться: что я собой представляю?
«Стать мужчинами без женщин очень просто. Достаточно крепко любить женщину, чтобы потом она куда-то исчезла. В большинстве случаев, их выкрадывают коварные матросы. Они заговаривают девчонкам зубы и быстро увозят их в Марсель или на Берег Слоновой Кости. И мы ничего не можем с этим поделать. А может, они обрывают свои жизни и без связи с матросами. С этим тоже поделать мы ничего не можем. Не только мы — даже матросы».
А иногда утрата одной женщины становится потерей всей женской половины.
«Стать мужчинами без женщин очень просто. Достаточно крепко любить женщину, чтобы потом она куда-то исчезла. В большинстве случаев, их выкрадывают коварные матросы. Они заговаривают девчонкам зубы и быстро увозят их в Марсель или на Берег Слоновой Кости. И мы ничего не можем с этим поделать. А может, они обрывают свои жизни и без связи с матросами. С этим тоже поделать мы ничего не можем. Не только мы — даже матросы».
Я ведь не в одиночестве на изолированном острове. Я сам – изолированный остров.
«Стать мужчинами без женщин очень просто. Достаточно крепко любить женщину, чтобы потом она куда-то исчезла. В большинстве случаев, их выкрадывают коварные матросы. Они заговаривают девчонкам зубы и быстро увозят их в Марсель или на Берег Слоновой Кости. И мы ничего не можем с этим поделать. А может, они обрывают свои жизни и без связи с матросами. С этим тоже поделать мы ничего не можем. Не только мы — даже матросы».
— Это, Кафуку-сан, недуг. Тут уж думай не думай – все без толку. И то, что нас бросил отец, и то, что меня мучила мать, – всё это от недуга. А ломать над этим голову – дело пустое. Как-то исхитриться, пережить, осознать – и просто жить дальше. – И все мы актёрствуем, – сказал Кафуку. — Вот именно. В той или иной мере.
«Стать мужчинами без женщин очень просто. Достаточно крепко любить женщину, чтобы потом она куда-то исчезла. В большинстве случаев, их выкрадывают коварные матросы. Они заговаривают девчонкам зубы и быстро увозят их в Марсель или на Берег Слоновой Кости. И мы ничего не можем с этим поделать. А может, они обрывают свои жизни и без связи с матросами. С этим тоже поделать мы ничего не можем. Не только мы — даже матросы».
- Я, к сожалению, не особо сообразительная. Поэтому мне постоянно требуется дорога в объезд. Кто знает, может, я и теперь делаю дальний крюк. "Все мы бесконечно бредём окольными путями," - хотел сказать я, но промолчал.
«Стать мужчинами без женщин очень просто. Достаточно крепко любить женщину, чтобы потом она куда-то исчезла. В большинстве случаев, их выкрадывают коварные матросы. Они заговаривают девчонкам зубы и быстро увозят их в Марсель или на Берег Слоновой Кости. И мы ничего не можем с этим поделать. А может, они обрывают свои жизни и без связи с матросами. С этим тоже поделать мы ничего не можем. Не только мы — даже матросы».
Ладно, - опять вздохнула она. - Все с тобой ясно. Ты просто такой - недотепа, да? И только писюн - бодряком. Что с тебя взять.
«Стать мужчинами без женщин очень просто. Достаточно крепко любить женщину, чтобы потом она куда-то исчезла. В большинстве случаев, их выкрадывают коварные матросы. Они заговаривают девчонкам зубы и быстро увозят их в Марсель или на Берег Слоновой Кости. И мы ничего не можем с этим поделать. А может, они обрывают свои жизни и без связи с матросами. С этим тоже поделать мы ничего не можем. Не только мы — даже матросы».