admin

Эта ночь угнетала нас обоих – любопытствующего бездельника в окне эркера и заядлого курильщика с четвертого этажа. Тишину нарушал только ни на минуту не смолкавший стрекот сверчка.

Окно во двор

Уильям Айриш

В рассказе «Окно во двор», экранизированном в 1954 Альфредом Хичкоком («Rear Window»), главный герой, прикованный к инвалидной коляске, раскрывает преступление, происходящее в доме напротив. Действующие лица и исполнители: Хел Джеффрис - Юрий Катин-Ярцев; Сэм, его слуга - Юрий Горобец; Бойн, полицейский - Виктор Коршунов; а также — Сергей Сазонтьев.

Есть такое выражение – "замедленная реакция". В тот миг я понял, что это значит. В течение двух дней, точно летающее насекомое, выбирающее место для посадки, в моем мозгу кружилось и порхало какое-то смутное беспокойство, интуитивное подозрение – уж не знаю, как выразиться поточнее. И неоднократно, именно в ту минуту, когда это неуловимое нечто готово было приостановить свой полет и обосноваться наконец в одной определенной точке моего сознания, достаточно было какого-нибудь незначительного события, незначительного, но вместе с тем как бы доказывающего обратное – вроде поднятия штор после того, как они неестественно долго оставались опущенными, – чтобы спугнуть это нечто, вновь обрекая на бесцельное парение и тем самым лишая меня возможности распознать его сущность.

Окно во двор

Уильям Айриш

В рассказе «Окно во двор», экранизированном в 1954 Альфредом Хичкоком («Rear Window»), главный герой, прикованный к инвалидной коляске, раскрывает преступление, происходящее в доме напротив. Действующие лица и исполнители: Хел Джеффрис - Юрий Катин-Ярцев; Сэм, его слуга - Юрий Горобец; Бойн, полицейский - Виктор Коршунов; а также — Сергей Сазонтьев.

Я не открыл рта. Не потому, что я такой храбрый, а просто, судя по всему, это было бесполезно.

Окно во двор

Уильям Айриш

В рассказе «Окно во двор», экранизированном в 1954 Альфредом Хичкоком («Rear Window»), главный герой, прикованный к инвалидной коляске, раскрывает преступление, происходящее в доме напротив. Действующие лица и исполнители: Хел Джеффрис - Юрий Катин-Ярцев; Сэм, его слуга - Юрий Горобец; Бойн, полицейский - Виктор Коршунов; а также — Сергей Сазонтьев.

... жестокость, спущенная с цепи, не будет разбираться, кто есть кто.

... бывает такой жизненный опыт, который не получится оставить в прошлом...

Нельзя, чтобы ненависть была вечной.

... всегда влекли к себе железнодорожные вокзалы - не только потому, что там были поезда, но и потому, что это места, где всё пропитано раздвоенностью, гулким эхом завершённых путешествий и пронзительностью тоскливого гвалта отъезда.

Так уж водится среди молодёжи: когда её сгонят в кучу, происходящее принимает оттенок некой игры.

Нелегко бывает наладить контакт с теми, кто наперед видит в тебе агрессивную нелюдь, да еще и мистически все это аргументирует. И совсем уж проблематично наладить отношения с таким человеком, который заведомо считает тебя сволочью и быдлом, а себя при этом полагает на белом коне. Прямо скажем, трудно — и не много найдется желающих!

Сказки тёмного леса

Фолькерт Иван (Djonny)

Свыше полутысячи смешных и жутких, удивительных и кровавых историй, произошедших в среде питерских ролевиков в период с 1991 по 2000 год. Всё, про что бы Вы хотели узнать — история РИ глазами подонков, глумление над людьми, попойки и употребление наркотиков, секты и самоубийства, погромы и провокации, облавы и противодействие властей — всё здесь. Это 'темная история' Питерской ролевой тусовки — весело, жестко и совсем не так, как теперь принято. Почти от самого начала до рубежа тысячелетий, в...

После целой зимы в городе, посреди бетонных джунглей и ревущих машин, закостенев от водки и злобы, мы приезжали сюда. Жизнь в мире людей наполняет разум пустым шумом: тысячами телепередач и радиовспышек, чужими мыслями и бесполезными разговорами. Множество людей окружают тебя, их внимание цепко — они хотят все знать и сами щедро делятся отравой повседневной информации. Пласт за пластом она ложится в копилку разума, и к весне в ней может не остаться места для волшебства. Обычаи и устремления мира людей займут все жизненное пространство, и тогда ты утратишь душу и станешь, как все.

Сказки тёмного леса

Фолькерт Иван (Djonny)

Свыше полутысячи смешных и жутких, удивительных и кровавых историй, произошедших в среде питерских ролевиков в период с 1991 по 2000 год. Всё, про что бы Вы хотели узнать — история РИ глазами подонков, глумление над людьми, попойки и употребление наркотиков, секты и самоубийства, погромы и провокации, облавы и противодействие властей — всё здесь. Это 'темная история' Питерской ролевой тусовки — весело, жестко и совсем не так, как теперь принято. Почти от самого начала до рубежа тысячелетий, в...