Желание - это чувство, что у вас чего-то нет. Настоящее неудовлетворительно, потому что оно не содержит желаемого объекта. Чем сильнее желание, тем большую неудовлетворенность настоящим чувствует человек.
Большинство людей боятся столкнуться со всем тем, что они подавили, потому что думают, что это худшая часть их самих. Они опасаются запретных проявлений своего естества, которые были задвинуты ими за порог осознания для того, чтобы защитить свой имидж.
Но мы видим, что мы не должны подавлять ничего. Ведь подавляя, мы исключаем из сознания то, что нам кажется неприемлемым. В ходе подавления мы порабощаем себя. Мы снова и снова откладываем начало полноценной жизни.
Мы воображаем, что пойманы в безвыходной ситуации, что жизнь – это наказание, а не дар.
Чаще именно страдания, а не радость вынуждают людей начать открываться своей жизни.
Поскольку мы живем в обществе, запрограммированном на побег от страданий, в обществе, которое потребляет буквально тонны аспирина ежедневно, многие привыкли избегать страданий любой ценой.
Жалостью часто называют страх перед страданиями других. Когда вы мотивированы такой жалостью, вы преследуете только собственные интересы. Когда вы мотивированы жалостью, вы действуете, исходя из нежелания пережить то, что переживает этот человек. Вы стремитесь устранить их неудобства для того, чтобы устранить ваши собственные.
Неважно, сколько человек прожил, двадцать или семьдесят лет, в конце жизни ему кажется, что она длилась одно мгновение.
Всякое суеверие имеет под собой основание.
В обветшалом, словно траченном молью, небесном шатре дырочками проглядывали звезды. Это сама вечность взирала с высоты на землю. Там, наверху, время не имело отсчета.
Время перемололо в прах и властителей Кремля, и их ворогов.