admin

Общая тайна всегда связывает двоих в единое целое.

Грусть не для тебя

Эмили Гиффин

Женщина должна быть красивой, глупой и эгоистичной, и тогда она получит все, о чем мечтает, — правило, которое Дарси Рон постигла с самого детства. И раньше это правило неизменно срабатывало… Но почему же теперь до неприличия умная "серая мышка" Рейчел увела у красавицы подруги жениха? Почему в Англии, куда Дарси приехала лечить разбитое сердце, мужчин вовсе не прельщают ее чары? Может, европейские холостяки просто не знают, чего хотят? А может, прав Итон, друг детства Дарси, который собирается...

«Думаю, что все сложилось так, как и должно было»

Грусть не для тебя

Эмили Гиффин

Женщина должна быть красивой, глупой и эгоистичной, и тогда она получит все, о чем мечтает, — правило, которое Дарси Рон постигла с самого детства. И раньше это правило неизменно срабатывало… Но почему же теперь до неприличия умная "серая мышка" Рейчел увела у красавицы подруги жениха? Почему в Англии, куда Дарси приехала лечить разбитое сердце, мужчин вовсе не прельщают ее чары? Может, европейские холостяки просто не знают, чего хотят? А может, прав Итон, друг детства Дарси, который собирается...

«Это было правдой; она первой в него влюбилась. Но ведь если она действительно его любила, то должна была, по моему мнению, что-нибудь предпринять. Приступить к действиям. А не просто писать его инициалы на запотевшем стекле маминой машины. Но Рейчел никогда не умела действовать. Это могла только я»

Грусть не для тебя

Эмили Гиффин

Женщина должна быть красивой, глупой и эгоистичной, и тогда она получит все, о чем мечтает, — правило, которое Дарси Рон постигла с самого детства. И раньше это правило неизменно срабатывало… Но почему же теперь до неприличия умная "серая мышка" Рейчел увела у красавицы подруги жениха? Почему в Англии, куда Дарси приехала лечить разбитое сердце, мужчин вовсе не прельщают ее чары? Может, европейские холостяки просто не знают, чего хотят? А может, прав Итон, друг детства Дарси, который собирается...

«…тут вспомнила слова Итона: я плохая подруга, избалованный, эгоистичный и ограниченный человек. Меня охватил стыд, когда я поняла, что в этих обвинениях есть доля правды. Я приехала в Лондон, чтобы начать новую жизнь, но ничего на самом деле не изменилось. Мое существование — просто болото. Нужно сделать нечто большее. Для себя и своего ребенка»

Грусть не для тебя

Эмили Гиффин

Женщина должна быть красивой, глупой и эгоистичной, и тогда она получит все, о чем мечтает, — правило, которое Дарси Рон постигла с самого детства. И раньше это правило неизменно срабатывало… Но почему же теперь до неприличия умная "серая мышка" Рейчел увела у красавицы подруги жениха? Почему в Англии, куда Дарси приехала лечить разбитое сердце, мужчин вовсе не прельщают ее чары? Может, европейские холостяки просто не знают, чего хотят? А может, прав Итон, друг детства Дарси, который собирается...

She paused, thinking about how sometimes a surprise was just the acknowledgment ot something you had tried hard to ignore.

Самоучитель танцев для лунатиков

Мира Джейкоб

"Самоучитель танцев для лунатиков" - многоплановое, лишенное привычной почтительности произведение об узах любви, надежде и силе примирения с непредсказуемостью жизни. Знаменитый нейрохирург Томас Ипен имеет обыкновение, сидя на крыльце, беседовать с умершими родственниками. Во всяком случает, так утверждает его жена Камала, склонная к преувеличениям. Об этом она рассказывает их дочери Амине. Амина не горит желанием возвращаться в родной дом, однако возвращается. Оказывается, мать рассказала ей...

– Как у вас погода? – поинтересовалась Камала.
– Дождь моросит.
– Никто не понимает, почему ты оттуда не уедешь!
– К этому тоже можно привыкнуть.
– Это недостаточно веская причина, чтобы жить в таком месте. Ничего удивительного, что тот грязнуля застрелился: мало того, что ему солнца не хватало, так еще и эта ведьма в рваных колготках…
– Мам, Курт Кобейн был наркоманом!
– Вот-вот! Потому что ему не хватало солнца!

Самоучитель танцев для лунатиков

Мира Джейкоб

"Самоучитель танцев для лунатиков" - многоплановое, лишенное привычной почтительности произведение об узах любви, надежде и силе примирения с непредсказуемостью жизни. Знаменитый нейрохирург Томас Ипен имеет обыкновение, сидя на крыльце, беседовать с умершими родственниками. Во всяком случает, так утверждает его жена Камала, склонная к преувеличениям. Об этом она рассказывает их дочери Амине. Амина не горит желанием возвращаться в родной дом, однако возвращается. Оказывается, мать рассказала ей...

История никогда не входила в сферу моих интересов, смысл коллекционирования тысячи никому не нужных предметов от меня ускользал. Мысль о том, что из этих осколков можно извлечь картину жизни ушедших поколений, казалась смешной (не согласны? Попробуйте собрать из разрозненных деталей обычный будильник), а эстетическую ценность в черепках и обломках я не видел в упор. Дорогостоящая придурь, основанная на неутолимом человеческом любопытстве.

– И как вам наш город? – Мило. Он уставился на меня так, словно заподозрил в грязной шутке. А что я должен был говорить? «Неплохая деревенька, но борделей маловато»?

Будь ты хоть трижды черным магом, нельзя послать лесом рыдающую в трубку женщину, чей сын подхватил на кладбище костяную гниль. Физически нельзя. Плохо быть чёрным, выросшим в семье белых.

Общество должно доказывать своею историческую состоятельность непрерывно, хочет оно того или нет.