Мои цитаты из книг
Сонлива, тиха и сладка эта провинциальная жизнь, затянутая в пелены осенних и зимних туманов. Какие глухие, восхитительные тупики бытия образуются в забытых богом и начальством селениях, какая здесь даль и свобода от всех несчастных, возвышенных, мучительных проблем века!
В своем новом романе Анатолий Ким рассматривает вечные, неотторжимые и очень сложные взаимоотношении Человека и Природы. Николай, Степан и Глеб Тураевы - три поколения одной семьи - связаны с тихой, мощной, затаенной жизнью большого мещерского леса, помогающего им перейти от суеты, вражды и мелочности в красоту радостного слияния с миром.
– Никакой пользы обществу никто не может принести и, главное, никто и не должен приносить, – начал он; и когда все бывшие в комнате и безо всяких сомнений считавшие, что цель жизни каждого из них заключается в бескорыстном и полезном служении народу, – когда все в комнате недоумённо умолкли, Николай чуть смущённо и оттого угрюмо завершил: – Это всего лишь фикция предвзятого мышления. – То есть что вы этим хотите сказать, г-н офицер? – совсем уж мрачно и сухо вопросила у него Вера Ходарева. – А то, – полез в глубокую бутылку Николай, – что общество есть собрание таких, как мы, отдельных индивидов, и если каждый из нас принесёт своим трудом пользу себе, то тем самым он принесёт пользу и обществу. Это естественный ход, господа, соответствующий природной закономерности. А то, о чём вы говорите, барышня, это и есть фикция, игра праздного ума и отвлечённое представление. – Выходит, что вы отрицаете саму идею общественного служения? -растерянно и почти испуганно спросила девица Ходарева, и румянец на её добром лице воспылал до пунцового свечения.
– Господа, да что это он говорит? – обвела она серыми глазами общество молодых людей, московских студентов и курсисток конца XIX века. – Как же ему не стыдно? – Идею вашу не отрицаю, но взгляд на неё имею свой собственный, -потупившись, молвил Николай Тураев.
В своем новом романе Анатолий Ким рассматривает вечные, неотторжимые и очень сложные взаимоотношении Человека и Природы. Николай, Степан и Глеб Тураевы - три поколения одной семьи - связаны с тихой, мощной, затаенной жизнью большого мещерского леса, помогающего им перейти от суеты, вражды и мелочности в красоту радостного слияния с миром.
… человек мучается не только потому, что сам виноват во всём, но и потому, что он страдал бы всегда, где бы он ни оказался.
В своем новом романе Анатолий Ким рассматривает вечные, неотторжимые и очень сложные взаимоотношении Человека и Природы. Николай, Степан и Глеб Тураевы - три поколения одной семьи - связаны с тихой, мощной, затаенной жизнью большого мещерского леса, помогающего им перейти от суеты, вражды и мелочности в красоту радостного слияния с миром.
Человек ... есть существо глубоко трагичное и несчастное потому лишь, что всё, что он узнаёт о мире вещей и пространств, оказывается направленным против него самого.
В своем новом романе Анатолий Ким рассматривает вечные, неотторжимые и очень сложные взаимоотношении Человека и Природы. Николай, Степан и Глеб Тураевы - три поколения одной семьи - связаны с тихой, мощной, затаенной жизнью большого мещерского леса, помогающего им перейти от суеты, вражды и мелочности в красоту радостного слияния с миром.
Человеческие войны — это попытки человечества совершить самоубийство.
В своем новом романе Анатолий Ким рассматривает вечные, неотторжимые и очень сложные взаимоотношении Человека и Природы. Николай, Степан и Глеб Тураевы - три поколения одной семьи - связаны с тихой, мощной, затаенной жизнью большого мещерского леса, помогающего им перейти от суеты, вражды и мелочности в красоту радостного слияния с миром.
...картины, написанные живописцем, стихи, сочинённые поэтом, живут своей таинственной и чудесной жизнью: иногда они намного ярче и богаче жизни самого творца.
В своем новом романе Анатолий Ким рассматривает вечные, неотторжимые и очень сложные взаимоотношении Человека и Природы. Николай, Степан и Глеб Тураевы - три поколения одной семьи - связаны с тихой, мощной, затаенной жизнью большого мещерского леса, помогающего им перейти от суеты, вражды и мелочности в красоту радостного слияния с миром.
Сущность самоубийства состоит в неодолимом стремлении к возвращению.
В своем новом романе Анатолий Ким рассматривает вечные, неотторжимые и очень сложные взаимоотношении Человека и Природы. Николай, Степан и Глеб Тураевы - три поколения одной семьи - связаны с тихой, мощной, затаенной жизнью большого мещерского леса, помогающего им перейти от суеты, вражды и мелочности в красоту радостного слияния с миром.
Что труднее всего почесать всласть? Да так, чтоб больше не чесалось! Языки столичных болтунов.
Кто из жителей Поднебесной не слыхал в наш просвещенный ХV век о хэнаньском Шаолине, знаменитом монастыре у подножия горы Сун, колыбели воинских искусств?! Сам император благоволит к бритоголовым монахам- воинам; преподобный Чжан Во, один из высших иерархов шаолиньской братии — фаворит Сына Hеба и глава тайной полиции империи; сокровищницы монастыря ломятся от добра, тысячи крестьян обрабатывают монастырские земли, четыре окрестных храма переданы в подчинение Шаолиню указом владыки... И впрямь:...
...между «жить под одной крышей» и «жить под одной шкурой» – две большие разницы
Кто из жителей Поднебесной не слыхал в наш просвещенный ХV век о хэнаньском Шаолине, знаменитом монастыре у подножия горы Сун, колыбели воинских искусств?! Сам император благоволит к бритоголовым монахам- воинам; преподобный Чжан Во, один из высших иерархов шаолиньской братии — фаворит Сына Hеба и глава тайной полиции империи; сокровищницы монастыря ломятся от добра, тысячи крестьян обрабатывают монастырские земли, четыре окрестных храма переданы в подчинение Шаолиню указом владыки... И впрямь:...
Волк никогда не додумается вырвать глотки всем волкам соседнего леса только потому, что ему не нравится окрас их шерсти или горбинка на носу. Его волчья карма просто не позволяет ему так думать. Не лезь на мою территорию, а в остальном живи и давай жить другим!
"Фивы зарвались!" - говорит какой-нибудь Александр Македонский, и сожженный город посыпается солью прямо поверх трупов горожан.Олени бодаются за самку, и самый сильный гордо уходит сотворять потомство. Остальные расстроенно смотрят вслед рогатому красавцу и не прикидывают, как бы выкопать ему на дороге яму с заостренным колом посередине, а потом скопом изнасиловать вдову-олениху.
"Аллах не против!" - сопит недорезанный халиф Гарун аль-Рашид, и в гарем к престарелому импотенту волокут очередной десяток юных девственниц.Подрубленное дерево вдруг расцветает и при последнем издыхании щедро расшвыривает во все стороны семена; Каин убивает Авеля, Иван Грозный - своего сына, Генрих не помню какой - жену, католики - гугенотов, сунниты - шиитов, фермер - вора, укравшего целых три кочана червивой капусты..."Шоу должно продолжаться любой ценой!" - сказала Мать-Природа.
"А почему это?!" - подозрительно спрашивает безволосая обезьяна и тянется за камешком; за ножом, топором, автоматом, атомной бомбой...
Кто из жителей Поднебесной не слыхал в наш просвещенный ХV век о хэнаньском Шаолине, знаменитом монастыре у подножия горы Сун, колыбели воинских искусств?! Сам император благоволит к бритоголовым монахам- воинам; преподобный Чжан Во, один из высших иерархов шаолиньской братии — фаворит Сына Hеба и глава тайной полиции империи; сокровищницы монастыря ломятся от добра, тысячи крестьян обрабатывают монастырские земли, четыре окрестных храма переданы в подчинение Шаолиню указом владыки... И впрямь:...