Мои цитаты из книг
Сингэ Третий напоминал судье сюцая из небезызвестной истории, который отдыхал нагишом в прохладе храма местного Бога земли и простудился. Принеся жертву божеству и выздоровев, обиженный сюцай написал подробный доклад, где обвинял Бога земли в том, что тот хитростью выманил у него жертвоприношения, после чего сжег доклад в храме духа-покровителя местности. Не дождавшись ответа, сюцай через десять дней написал доклад с обвинением духа — покровителя в пренебрежении своими обязанностями и сжег доклад в храме Яшмового Владыки. Ночью сюцаю приснилась огненная надпись на стене его дома, сделанная древним головастиковым письмом: «Бога земли, опозорившего свой ранг, сместить с должности. Духу-покровителю записать взыскание. Сюцай такой-то за неуважение к духам и любовь к тяжбам получит тридцать палок через месяц с небольшим».
Что и произошло вскоре.
Кто из жителей Поднебесной не слыхал в наш просвещенный ХV век о хэнаньском Шаолине, знаменитом монастыре у подножия горы Сун, колыбели воинских искусств?! Сам император благоволит к бритоголовым монахам- воинам; преподобный Чжан Во, один из высших иерархов шаолиньской братии — фаворит Сына Hеба и глава тайной полиции империи; сокровищницы монастыря ломятся от добра, тысячи крестьян обрабатывают монастырские земли, четыре окрестных храма переданы в подчинение Шаолиню указом владыки... И впрямь:...
Продолжим свой так удивительно прерванный путь к жилищу мудрого даоса — ибо, кроме как жилищем, то есть местом, где в принципе жить можно, но не стоит, сие странное сооружение назвать было трудно.
Кто из жителей Поднебесной не слыхал в наш просвещенный ХV век о хэнаньском Шаолине, знаменитом монастыре у подножия горы Сун, колыбели воинских искусств?! Сам император благоволит к бритоголовым монахам- воинам; преподобный Чжан Во, один из высших иерархов шаолиньской братии — фаворит Сына Hеба и глава тайной полиции империи; сокровищницы монастыря ломятся от добра, тысячи крестьян обрабатывают монастырские земли, четыре окрестных храма переданы в подчинение Шаолиню указом владыки... И впрямь:...
— Вот здесь, вот здесь они были! — причитал демон, указывая на пустое место по центру одной из полок. — Я только отвернулся, глядь — а их уже нет! Не иначе как нечистая сила!
Подобное предположение в устах несчастного Инь Гун-цзо звучало, мягко говоря, странновато, и судья Бао изумленно приподнял бровь: кого же это в Преисподней считают «нечистой силой»?!
Кто из жителей Поднебесной не слыхал в наш просвещенный ХV век о хэнаньском Шаолине, знаменитом монастыре у подножия горы Сун, колыбели воинских искусств?! Сам император благоволит к бритоголовым монахам- воинам; преподобный Чжан Во, один из высших иерархов шаолиньской братии — фаворит Сына Hеба и глава тайной полиции империи; сокровищницы монастыря ломятся от добра, тысячи крестьян обрабатывают монастырские земли, четыре окрестных храма переданы в подчинение Шаолиню указом владыки... И впрямь:...
— Ну, где здесь умирающий?! — раздался позади голос лекаря по прозвищу Семипилюльник, хорошо известного среди нингоусцев своей тактичностью. — Скорпиона тебе в рот! — пробормотал в сердцах судья Бао и удалился.
Кто из жителей Поднебесной не слыхал в наш просвещенный ХV век о хэнаньском Шаолине, знаменитом монастыре у подножия горы Сун, колыбели воинских искусств?! Сам император благоволит к бритоголовым монахам- воинам; преподобный Чжан Во, один из высших иерархов шаолиньской братии — фаворит Сына Hеба и глава тайной полиции империи; сокровищницы монастыря ломятся от добра, тысячи крестьян обрабатывают монастырские земли, четыре окрестных храма переданы в подчинение Шаолиню указом владыки... И впрямь:...
— Дальше что? Куда они подевались? — Семья Бао? — Нет! Даос и осел! — Святой Лань сел в свой чайник и улетел! — А осел? Тоже улетел? В чайнике?
Кто из жителей Поднебесной не слыхал в наш просвещенный ХV век о хэнаньском Шаолине, знаменитом монастыре у подножия горы Сун, колыбели воинских искусств?! Сам император благоволит к бритоголовым монахам- воинам; преподобный Чжан Во, один из высших иерархов шаолиньской братии — фаворит Сына Hеба и глава тайной полиции империи; сокровищницы монастыря ломятся от добра, тысячи крестьян обрабатывают монастырские земли, четыре окрестных храма переданы в подчинение Шаолиню указом владыки... И впрямь:...
Не все ли равно, как умирать — сидя, стоя или на голове, — если умирать придется всем! Но что значит смерть для чаньского монаха? Временное недоразумение на вечном Пути. Тогда откуда явятся хлопоты и откуда возникнет беспокойство?
Кто из жителей Поднебесной не слыхал в наш просвещенный ХV век о хэнаньском Шаолине, знаменитом монастыре у подножия горы Сун, колыбели воинских искусств?! Сам император благоволит к бритоголовым монахам- воинам; преподобный Чжан Во, один из высших иерархов шаолиньской братии — фаворит Сына Hеба и глава тайной полиции империи; сокровищницы монастыря ломятся от добра, тысячи крестьян обрабатывают монастырские земли, четыре окрестных храма переданы в подчинение Шаолиню указом владыки... И впрямь:...
Чернь есть чернь. Сегодня она готова целовать пыль из-под твоих сандалий, завтра же будет с удовольствием глазеть на твою отрубленную голову; сегодня прославляет, через неделю — проклянет.
Кто из жителей Поднебесной не слыхал в наш просвещенный ХV век о хэнаньском Шаолине, знаменитом монастыре у подножия горы Сун, колыбели воинских искусств?! Сам император благоволит к бритоголовым монахам- воинам; преподобный Чжан Во, один из высших иерархов шаолиньской братии — фаворит Сына Hеба и глава тайной полиции империи; сокровищницы монастыря ломятся от добра, тысячи крестьян обрабатывают монастырские земли, четыре окрестных храма переданы в подчинение Шаолиню указом владыки... И впрямь:...
Хотя Цаю доводилось видеть подобный свет и на лицах взрослых людей: так смотрят не умеющие петь на уличного сказителя с цином в руках или не способные ходить на бегуна-скорохода. Так смотрят лишенные на обладающих. Воображая себя на их месте.
Кто из жителей Поднебесной не слыхал в наш просвещенный ХV век о хэнаньском Шаолине, знаменитом монастыре у подножия горы Сун, колыбели воинских искусств?! Сам император благоволит к бритоголовым монахам- воинам; преподобный Чжан Во, один из высших иерархов шаолиньской братии — фаворит Сына Hеба и глава тайной полиции империи; сокровищницы монастыря ломятся от добра, тысячи крестьян обрабатывают монастырские земли, четыре окрестных храма переданы в подчинение Шаолиню указом владыки... И впрямь:...
В жилище даоса творилось невообразимое. Лань Даосин заталкивал в чайник нечто большое и истошно верещащее. Нечто в чайник не хотело.
Кто из жителей Поднебесной не слыхал в наш просвещенный ХV век о хэнаньском Шаолине, знаменитом монастыре у подножия горы Сун, колыбели воинских искусств?! Сам император благоволит к бритоголовым монахам- воинам; преподобный Чжан Во, один из высших иерархов шаолиньской братии — фаворит Сына Hеба и глава тайной полиции империи; сокровищницы монастыря ломятся от добра, тысячи крестьян обрабатывают монастырские земли, четыре окрестных храма переданы в подчинение Шаолиню указом владыки... И впрямь:...
— Это, конечно, неплохо, — вслух пробормотал судья, — но куда теперь идти? И растерянно посмотрел на развилку тоннеля. — А куда вам надо? — поинтересовалась плававшая неподалеку отрубленная голова с проломленным теменем. — Не знаю, — машинально ответил судья. — Тогда идите направо, — посоветовала голова и нырнула.
Кто из жителей Поднебесной не слыхал в наш просвещенный ХV век о хэнаньском Шаолине, знаменитом монастыре у подножия горы Сун, колыбели воинских искусств?! Сам император благоволит к бритоголовым монахам- воинам; преподобный Чжан Во, один из высших иерархов шаолиньской братии — фаворит Сына Hеба и глава тайной полиции империи; сокровищницы монастыря ломятся от добра, тысячи крестьян обрабатывают монастырские земли, четыре окрестных храма переданы в подчинение Шаолиню указом владыки... И впрямь:...