Мои цитаты из книг
Меня теперь передергивает от одного вида мужчин, шли бы вы все, включая тебя, на другую планету, где меня нет и никогда не будет.
Теперь ты стал никем. У тебя не осталось воспоминаний и прошлого. Теперь тебя сожрала система. Вернуть прежние дни можно, но для этого потребуются немалые усилия. А еще придется умирать. Тебе на помощь могут прийти те, кто видео очень многое. Они уже прошли эти круги ада. Вот только их знания не придут на помощь. Так что придется снова умирать и снова вставать и идти дальше. На этом пути побывали те, кто проходил то же самое. И теперь самое важное не сбиться с курса. Умереть и восстать. Этого...
– Это улыбка фортуны. – Скорее – оскал…
Теперь ты стал никем. У тебя не осталось воспоминаний и прошлого. Теперь тебя сожрала система. Вернуть прежние дни можно, но для этого потребуются немалые усилия. А еще придется умирать. Тебе на помощь могут прийти те, кто видео очень многое. Они уже прошли эти круги ада. Вот только их знания не придут на помощь. Так что придется снова умирать и снова вставать и идти дальше. На этом пути побывали те, кто проходил то же самое. И теперь самое важное не сбиться с курса. Умереть и восстать. Этого...
Рокки еще раз занялся своими ранами ...<...>... Заливая оголенное мясо йодом, не выдержал, через зубовный скрежет выдал короткое, емкое и крайне неприличное слово. Из соседней комнаты тут же отозвалась спутница: — С кем это ты там ругаешься? — С кем, с кем… с болевыми рецепторами. — Раз уж не можешь общаться, как приличный человек, не мог бы ты, пожалуйста, общаться с ними потише? Дождь почти прекратился, а слух у мертвяков хуже не стал. — Ну извини, вырвалось,
Теперь ты стал никем. У тебя не осталось воспоминаний и прошлого. Теперь тебя сожрала система. Вернуть прежние дни можно, но для этого потребуются немалые усилия. А еще придется умирать. Тебе на помощь могут прийти те, кто видео очень многое. Они уже прошли эти круги ада. Вот только их знания не придут на помощь. Так что придется снова умирать и снова вставать и идти дальше. На этом пути побывали те, кто проходил то же самое. И теперь самое важное не сбиться с курса. Умереть и восстать. Этого...
Леди не участвуют в «сценах». Они их просто не замечают.
События начинаются в большом и несколько мрачном древнем замке, построенном среди высоких гор. В нём огромный переполох, вызванный, впрочем, очень радостным происшествием – рождением на свет потомка старинного аристократического рода. Его глазам удивительного фиолетового света придётся увидеть множество загадочных и жутких событий. Но пока он лишь крохотный малыш на руках дрожащей от переживаний старой няньки. Жизнь в замке регламентируется ритуалами и церемониями, строжайшего соблюдения которых...
– Ненавижу! Все ненавижу! Все-все,
до последней мелочи! Ненавижу весь свет, – громко сказала Фуксия и
приподнялась, опираясь на локти, обратив лицо к небу.
– Одна буду жить. Всегда одна. В доме или на дереве.
Выплюнув изжеванную травинку, она сорвала другую, посвежей.
– Если я буду одна, кто-нибудь ко мне да придет. Кто-нибудь из другого мира – из нового, не из этого, –
кто-нибудь непохожий, и он полюбит меня, потому что я одна, потому что я
не такая, как все другие скоты, заселившие этот мир, придет и будет счастлив со
мной, потому что я – гордая.
Снова хлынули слезы...
– И он будет высокий, выше, чем Флэй, и сильный, как лев, и с золотистыми, как у льва, волосами, только
кудрявыми; и у него будут большие, сильные ноги, потому что у меня тоже
большие, но рядом с его они не покажутся такими уж большими; и еще он будет
умнее, чем Доктор, и будет носить длинный черный плащ, и от этого мои платья
станут казаться еще более яркими, и он мне скажет: «Леди Фуксия», а я отвечу:
«Кто это?».
События начинаются в большом и несколько мрачном древнем замке, построенном среди высоких гор. В нём огромный переполох, вызванный, впрочем, очень радостным происшествием – рождением на свет потомка старинного аристократического рода. Его глазам удивительного фиолетового света придётся увидеть множество загадочных и жутких событий. Но пока он лишь крохотный малыш на руках дрожащей от переживаний старой няньки. Жизнь в замке регламентируется ритуалами и церемониями, строжайшего соблюдения которых...
Лицо человека - это его история.
События начинаются в большом и несколько мрачном древнем замке, построенном среди высоких гор. В нём огромный переполох, вызванный, впрочем, очень радостным происшествием – рождением на свет потомка старинного аристократического рода. Его глазам удивительного фиолетового света придётся увидеть множество загадочных и жутких событий. Но пока он лишь крохотный малыш на руках дрожащей от переживаний старой няньки. Жизнь в замке регламентируется ритуалами и церемониями, строжайшего соблюдения которых...
Здорова, как бегемот.
События начинаются в большом и несколько мрачном древнем замке, построенном среди высоких гор. В нём огромный переполох, вызванный, впрочем, очень радостным происшествием – рождением на свет потомка старинного аристократического рода. Его глазам удивительного фиолетового света придётся увидеть множество загадочных и жутких событий. Но пока он лишь крохотный малыш на руках дрожащей от переживаний старой няньки. Жизнь в замке регламентируется ритуалами и церемониями, строжайшего соблюдения которых...
...леди Кора и Кларис уставились на Стирпайка, причём не так, как человек смотрит на стену, но скорее как стена смотрит на человека
События начинаются в большом и несколько мрачном древнем замке, построенном среди высоких гор. В нём огромный переполох, вызванный, впрочем, очень радостным происшествием – рождением на свет потомка старинного аристократического рода. Его глазам удивительного фиолетового света придётся увидеть множество загадочных и жутких событий. Но пока он лишь крохотный малыш на руках дрожащей от переживаний старой няньки. Жизнь в замке регламентируется ритуалами и церемониями, строжайшего соблюдения которых...
То была любовь, равная по мощи любви мужчины к женщине и проникающая столь же глубоко. Любовь мужчины или женщины к принадлежащему им миру. К миру их очага, в котором честно сгорают их жизни, сгорают привольным огнем.
Любовь ныряльщика к принадлежащему ему миру волнующегося света. К миру жемчугов, и нитей травы, и воздуха жизни в его груди. Рожденный для того, чтобы нырять в глубину, он составляет единое целое с каждым роем лимонно-зеленых рыб, с каждой цветастой губкой. И замирая на феерическом дне океана, ухватившись за вросший в песок остов кита, он становится совершенным и бесконечным. Пульс, сила, вселенная колышутся в его теле. Он пребывает в любви.
Любовь художника, стоящего в одиночестве, вглядываясь, вглядываясь в творимую им гигантскую, красочную поверхность. С холстов, что, прислонившись к стене, стоят вместе с ним в этой комнате, в него вглядываются набросанные на пробу, остановившиеся в росте фигуры, движущиеся от пола до потолка в еще небывалом ритме. Перекрученные тюбики, свежая краска, выдавленная и размазанная по сухой, покрывшей его палитру. Пыль под мольбертом. Краска, присохшая к ручкам кистей. Белый, безмолвный свет северного неба. Окно, изумленно глазеющее на него, пока он вдыхает свой мир. Свой мир: запах скипидара, в аренду взятая комната. Он придвигается к своему полурожденному детищу. Он пребывает в любви.
Жирная земля, пересыпающаяся, крошась, в пальцах пахаря. И как искатель жемчуга бормочет: “Я дома”, смутно продвигаясь в странном, водянистом свете; как художник шепчет: “Я дома” на своем одиноком плоту, сбитом из досок пола; как медлительный землепашец на ниве...
События начинаются в большом и несколько мрачном древнем замке, построенном среди высоких гор. В нём огромный переполох, вызванный, впрочем, очень радостным происшествием – рождением на свет потомка старинного аристократического рода. Его глазам удивительного фиолетового света придётся увидеть множество загадочных и жутких событий. Но пока он лишь крохотный малыш на руках дрожащей от переживаний старой няньки. Жизнь в замке регламентируется ритуалами и церемониями, строжайшего соблюдения которых...
Понимание того, что взрослые далеко не всегда знают больше детей, было чем-то таким, против чего она внутренне восставала.
События начинаются в большом и несколько мрачном древнем замке, построенном среди высоких гор. В нём огромный переполох, вызванный, впрочем, очень радостным происшествием – рождением на свет потомка старинного аристократического рода. Его глазам удивительного фиолетового света придётся увидеть множество загадочных и жутких событий. Но пока он лишь крохотный малыш на руках дрожащей от переживаний старой няньки. Жизнь в замке регламентируется ритуалами и церемониями, строжайшего соблюдения которых...