Мои цитаты из книг
«Искра» - вовсе не только газета; газеты - наживка, заглотив которую разбросанные по всей стране марксистские кружки, ячейки и комитеты вовлекаются в совместную деятельность. «Искра» - как Иван Калита - должна была собрать русские земли.
Что нам на самом деле известно о Ленине? Не о фотографии из учебников и не о памятнике, а о человеке?Писатель и журналист Лев Данилкин предлагает переосмыслить эту фигуру, освободив ее от стереотипов, провести всестороннюю ревизию личности Владимира Ильича. Перед нами разворачивается подробная биография: от провинциального Симбирска и сибирской ссылки до эмиграции, революционных потрясений и кремлевских кабинетов; от теоретических дискуссий и подпольной работы до строительства нового...
хорошо сформулированная «мысль» может быть использована как оружие – даже и в повседневной жизни
Что нам на самом деле известно о Ленине? Не о фотографии из учебников и не о памятнике, а о человеке?Писатель и журналист Лев Данилкин предлагает переосмыслить эту фигуру, освободив ее от стереотипов, провести всестороннюю ревизию личности Владимира Ильича. Перед нами разворачивается подробная биография: от провинциального Симбирска и сибирской ссылки до эмиграции, революционных потрясений и кремлевских кабинетов; от теоретических дискуссий и подпольной работы до строительства нового...
читать цифры, избегать типичных ошибок (которые обычно совершали как раз народники): брать надо не среднюю цифру, а смотреть на группы и типы – и вот ими уже оперировать. Не крестьянство вообще – а с таким-то количеством лошадей и баранов.
Цифры, однако ж, можно было достать разные – и по-разному их интерпретировать. И нет ничего удивительного, что из-за них происходили такие же свары, как из-за литературы или истории; как писал Потресову Ф. Дан, «гнусно и противно до последней степени! Если бы опять-таки не “железная необходимость”, то я давно уже плюнул бы на статистику. Чувствую себя, как будто сел в помойное ведро!».
Что нам на самом деле известно о Ленине? Не о фотографии из учебников и не о памятнике, а о человеке?Писатель и журналист Лев Данилкин предлагает переосмыслить эту фигуру, освободив ее от стереотипов, провести всестороннюю ревизию личности Владимира Ильича. Перед нами разворачивается подробная биография: от провинциального Симбирска и сибирской ссылки до эмиграции, революционных потрясений и кремлевских кабинетов; от теоретических дискуссий и подпольной работы до строительства нового...
Один дурак может вдесятеро больше задать вопросов, чем десять мудрецов способны разрешить
Что нам на самом деле известно о Ленине? Не о фотографии из учебников и не о памятнике, а о человеке?Писатель и журналист Лев Данилкин предлагает переосмыслить эту фигуру, освободив ее от стереотипов, провести всестороннюю ревизию личности Владимира Ильича. Перед нами разворачивается подробная биография: от провинциального Симбирска и сибирской ссылки до эмиграции, революционных потрясений и кремлевских кабинетов; от теоретических дискуссий и подпольной работы до строительства нового...
...подлинное творчество есть лечение от страдания...
«О характерах людей» Марка Бурно — это классический труд по психотерапии и характерологии, написанный доступным, почти художественным языком. Автор знакомит читателя с миром человеческих индивидуальностей через призму своей методики — Терапии творческим самовыражением. Вместо сухих медицинских диагнозов Бурно описывает «рисунки» разных характеров (сангвиников, меланхоликов, аутистических личностей и других), помогая понять, как особенности психики влияют на то, как мы видим мир, любим и...
"Ну что толку бояться рака, белокровия или другой подобной редкой болезни, возникновение которой от меня почти не зависит в том смысле, что, если не считать отказа от курения, гигиеной тут в полной мере не убережешься. Надо работать, работать, служить радостно людям, приносить ежедневно какую-то пользу".
«О характерах людей» Марка Бурно — это классический труд по психотерапии и характерологии, написанный доступным, почти художественным языком. Автор знакомит читателя с миром человеческих индивидуальностей через призму своей методики — Терапии творческим самовыражением. Вместо сухих медицинских диагнозов Бурно описывает «рисунки» разных характеров (сангвиников, меланхоликов, аутистических личностей и других), помогая понять, как особенности психики влияют на то, как мы видим мир, любим и...
...высокое, сложное творчество как выражение сложной, страдающей индивидуальности есть всё же удел людей с более или менее болезненной душой, с болезненно усиленными чертами характера.
«О характерах людей» Марка Бурно — это классический труд по психотерапии и характерологии, написанный доступным, почти художественным языком. Автор знакомит читателя с миром человеческих индивидуальностей через призму своей методики — Терапии творческим самовыражением. Вместо сухих медицинских диагнозов Бурно описывает «рисунки» разных характеров (сангвиников, меланхоликов, аутистических личностей и других), помогая понять, как особенности психики влияют на то, как мы видим мир, любим и...
Уже в античное время меланхолик Аристотель считал меланхолию свойством всех выдающихся людей, а меланхолик Платон называл меланхолию «божественной одержимостью» («furor divinus»).
Однако вплоть до эпохи Возрождения принято было сторониться меланхоликов: их тревожность, застенчивость, тоскливость пугали, портили настроение. Простые люди вообще в массе своей больше тянутся к естественной сангвинической веселости и сами часто таковы, судя и по многим народным сказкам, обычаям.
«О характерах людей» Марка Бурно — это классический труд по психотерапии и характерологии, написанный доступным, почти художественным языком. Автор знакомит читателя с миром человеческих индивидуальностей через призму своей методики — Терапии творческим самовыражением. Вместо сухих медицинских диагнозов Бурно описывает «рисунки» разных характеров (сангвиников, меланхоликов, аутистических личностей и других), помогая понять, как особенности психики влияют на то, как мы видим мир, любим и...
...исчезала в сумрачной щели с древесными панелями в коранической вязи, мелькала за колоннами погибших особняков. Одна ее косичка расплелась, лента зацепилась за высокий подсвечник. На жестких волосах остался волнистый след
Где-то вдалеке, в земле, где почва усыпана лепестками жасмина, а в воздухе смешались запахи пряностей и пепла, пересекаются судьбы двух женщин. Одна из них грезит о материнстве, но организм, отравленный последствиями техногенной катастрофы в детские годы, не способен выносить ребёнка. Другая спасается бегством из дома, уже нося под сердцем малыша, — без плана, без поддержки и без уверенности в том, что будет завтра. В лабиринте тесных городских улиц прячется клиника, которая много лет...
Какая же она прекрасная, сильная, какая юная. Она вообще совершеннолетняя?
Где-то вдалеке, в земле, где почва усыпана лепестками жасмина, а в воздухе смешались запахи пряностей и пепла, пересекаются судьбы двух женщин. Одна из них грезит о материнстве, но организм, отравленный последствиями техногенной катастрофы в детские годы, не способен выносить ребёнка. Другая спасается бегством из дома, уже нося под сердцем малыша, — без плана, без поддержки и без уверенности в том, что будет завтра. В лабиринте тесных городских улиц прячется клиника, которая много лет...