Позже я успокоился. Тюрьма многому учит. Думать заставляет, ценности пересматривать. Жизнь по крупицам разбирать и складывать в аккуратные горки из пепла...
Есть очень известное выражение "никогда не говори "никогда". К сожалению, всю трагедию этой емкой фразы понимаешь, только когда твое "никогда" обрушивается на тебя...
Я никогда не думала, что можно любить и ненавидеть одновременно. Не думала, что можно желать увидеть человека, хотя бы раз, хотя бы издали… и до одури желать забыть его навсегда. Но он научил меня.
...Он, как всегда прав. Не было у нас с ним никакого завтра. Все осталось в том нашем с ним вчера. И мне страшно даже оглянуться в него. Там, сзади, затаилась самая настоящая тьма с редкими всполохами света. Но ведь это он…
Когда я была маленькой, отец всегда говорил, что к таким людям нужно относиться с небольшой снисходительностью, но не позволять им садиться на шею.
Запомни, дочка, петух потому и кричит громко, что ему никогда не взлететь так высоко, как взмывает орел"...
Как же хочется иногда душу продать за ложь. Только бы эта ложь осталась с нами и не смела разбить вдребезги те иллюзии, которые мы сами себе нарисовали...
У моего счастья полупьяный взгляд и растрепанные волосы, в которые он то зарывался пальцами, то наматывал их на ладонь, доводя до исступления чувствовать его везде на себе...
...Если кусочек подобран неправильно, то он не встанет на чужое место, как бы усердно ты его не втискивал туда. Он был моей частью. Той самой единственно правильной. Только сейчас себя целой наконец-то почувствовала. Впервые за столько лет...
Я пытался ее забыть, но прошлое, оно, как гребаный магнит, всегда назад тащит...
Я позволяла ему слишком многое… точнее, себе. Позволяла то, за что меня проклял бы отец. И я знала, что он сделает это, узнав, что единственная дочь "спуталась" с русским. Именно "спуталась", "связалась", "опустилась"…
У нас нельзя любить вот так, тайком: на заднем сидении тонированной машины и на самом отшибе города. Только открыто, только с разрешения и благословения родителей и ограничиваясь невинными поцелуями в губы. Девушка, лишившаяся девственности до свадьбы, становилась в глазах общества шлюхой. И пусть кто угодно утверждает, что в двадцать первом веке все изменилось, что сейчас никто не убьет гулящую дочь… но разве убить человека можно только физически? Разве мало всеобщего презрения и загубленной репутации?
У русских говорят "береги честь смолоду". У нас же принято беречь ее до самой смерти. И стоит девушке только оступиться хотя бы раз. Даже будучи совсем еще ребенком…
— И что, дядь Карен, отпустить его предлагаешь?
— Ни в коем случае, — Карен замахал ладонями, — просто убейте и выкиньте труп куда подальше. Тихой сапой вы будете убирать по одной твари из города, а объявив во всеуслышание войну, вы приумножите их количество и устроите здесь настоящий Ад. Будьте умнее. Самые лучшие войны — те, которые ведутся исподтишка. В случае большой опасности всегда есть шанс спасти и жизнь, и репутацию, и свободу...