Навязчивые женщины хуже надоедливых мух...
- Ох ты ж… ничего себе, — он даже выдохнул и прищелкнул языком. Его глаза округлились. Он всегда делал такие глаза, если его что-то шокировало. Когда-то это вызывало у меня приступы хохота.
— И как их зовут?
— Старшую — Алиса, среднюю Маша и младшую Лиза. Имена выбирал ты.
— А работаю я, наверное, ювелиром, да?
— Это почему? — я резко обернулась, но увидев его усмешку, поняла шутку и еле сдержалась, чтоб не усмехнуться в ответ. — Нет, ты не ювелир, хотя у тебя определенно есть талант к ювелирной работе.
— Трое детей от общего брака и старшей дочке шестнадцать?
— Верно. Да, у нас трое дочерей.
— В жизни бы не сказал. Вы очень молодо выглядите.
— Спасибо. Я рано вышла замуж.
— Конечно, самых лучших женщин надо хватать со школьной скамьи и воспитывать для себя. Ладно двое… но трое и старшей шестнадцать...
Прислушайся к своему сердцу,
Когда он зовет тебя.
Прислушайся к своему сердцу,
Ты ничего другого не можешь сделать.
Я не знаю, куда ты собираешься,
И я не знаю — почему,
Но прислушайся к своему сердцу
Прежде, чем сказать ему прощай...
Listen to your heart. Roxette
Я знаю, что есть что-то в твоей улыбке.
Я понимаю это, взглянув в твои глаза.
Ты построила любовь, но она рухнула.
Твой маленький кусочек небес потемнел.
Прислушайся к своему сердцу,
Когда он зовет тебя.
Прислушайся к своему сердцу,
Ты ничего другого не можешь сделать.
Я не знаю, куда ты собираешься,
И я не знаю — почему,
Но прислушайся к своему сердцу
Прежде, чем сказать ему прощай...
Listen to your heart. Roxette
Не знаю, почему все так обыденно относятся к разводам — это же ампутация без наркоза и без наложения швов, и самое страшное — болит намного дольше, и ты истекаешь кровью изнутри, но не умираешь. Может быть, это со мной что-то не так? Но я ужасно переносила это расставание. Мне было бы легче, если бы он умер. Я бы смирилась с этим намного быстрее, чем с тем, что он больше не со мной. Иногда мне хотелось его убить самой. Купить пистолет и спустить ему в сердце всю обойму. Так же красиво, как это показывают по телевизору… а потом я понимала, что лгу сама себе, если бы он умер, я бы вообще с этим не справилась. Пусть живет, сволочь. Где-нибудь там, вдали от меня, с другой женщиной, но живет...
Нам только кажется, что мы знаем людей. Свое истинное лицо они показывают только тогда, когда мы гладим их против шерсти или наступаем им на горло...
Это потом в разговорах с нашими друзьями он называл меня бесчувственной сукой, которая перечеркнула весь наш брак из-за одной его ошибки. Он говорил, что я сама приползу к нему на коленях и что он счастлив избавиться от меня, потому что его тошнило даже от звука моего голоса. Он говорил, что я останусь одна, потому что я никому не нужна с тремя детьми, и что я должна смотреть в зеркало повнимательней, чтобы видеть, в кого я превратилась, и что у него стоит на меня раз в неделю, и то потому что хочется хотя бы кого-то.
Грязная ложь… он брал меня так часто, как хотел… А хотел каждый день. Даже в те моменты отдаления… у нас был секс. Да, почти каждый день, и именно поэтому я бы никогда не подумала, что он так подло меня предает. Что он трахает свою любовницу в рабочее и в не рабочее время, что он пишет ей долбаные смски. Я получила распечатку его звонков и сообщений. Везде ее номер.
...Он тогда вернулся с работы, чмокнул меня в губы, и мне показалось, что это не поцелуй, а какое-то поглаживание старой преданной собаки по голове.
По привычке и по инерции. Такое безэмоциональное «чмок». Как почистить зубы или сходить в туалет. А ведь раньше могли прямо у дверей заняться сексом, когда меня уносило только от его запаха...
...Я распустила волосы и заправила их за уши. На шее поблескивала цепочка, подаренная им на день рождения в позапрошлом году. Рванула ее и, сжав в кулаке, смотрела себе в глаза. А ведь я его любила все эти годы. Об этом редко задумываешься. Через двадцать лет вас уже не шатает от страсти, и в животе не прыгают бабочки, а секс, скорее, четко отработанный механизм, работающий без сбоев. Муж превращается в кого-то типа родного брата или лучшего друга… Вы испытываете к этому человеку безграничную нежность, уважение, трепет, иногда желание… но оно уже мало напоминает то самое бешеное ощущение, которое он вызывал в вас пусть даже десять лет назад. И только когда вас предают, вы понимаете, насколько любили и насколько вам больно…