Люлю

–Не опаздывать,– мой новый босс диктует первое условие. – Не оспаривать решения руководства и… – окидывает меня оценивающим взглядом.– Соблюдать дресс-код! – Дресс-код?– переспрашиваю озадаченно. Что-то я не заметила, чтобы в этой фирме кто-то заморачивался по поводу формы одежды. Да тут одни модели, им закон явно не писан! – Впрочем, для тебя, думаю, это не будет проблемой, – хмыкает босс, задерживаясь взглядом на моей фигуре. Он считает, что такая пышечка, как я, не может выглядеть...

— Ты где её взял, придурок? — высокий статный мужчина отчитывает своего подручного. — Я просил тебя репетитора для моего сына найти, а ты кого привёз? — Ну так… училка же. Я её прямо от школы и привёз, — чешет затылок лысый. — Разница-то какая? — Большая, — вклиниваюсь в разговор я, пытаясь ослабить скотч, которым этот лысый мне связал руки. — Репетиторов на сайте ищут, а не у школ похищают! Немедленно отвезите меня обратно! — Это вряд ли, — качает головой главный. — Ты уже видела нас. ...

Римир Соколов – боец «Грома», красавчик, бабник, невыносимый мужлан, нахал, брат моей лучшей подруги и по совместительству моя первая неразделенная любовь. Я думала, что не интересую его как девушка, пока однажды не узнала, что он виновник всех моих неудачных свиданий, а все парни университета теперь обходят меня стороной. А причиной всего безобразия оказался подслушанный им невинный девичий разговор.

– Послушай, Анна. Нам нужно кое-что прояснить. То, что ты видела вчера… – Твою любовницу?– я удивилась собственному спокойствию. – Олеся не любовница. Она перспективный специалист, работает со мной над новым проектом. – И поэтому ты не пришёл домой ночевать?– спросила я, глядя мужу прямо в глаза. – Она из Москвы. Я показывал ей город,– он сделал паузу.– Но дело не в этом. Дело в тебе, Анна. – Во мне? – Да. Посмотри на себя,– он обвёл меня взглядом, как товар на витрине.– Как я могу...

Муж с моей бывшей подругой берутся за руки.– Я от тебя ухожу, Агата, – заявляет супруг. – Мы с Катей ждём ребёнка.Отчаяние накрывает меня с головой. Лёгкие отказываются дышать, сердце, как вулкан, взрывается лавой, обжигая внутренности. Сознание цепляется за тонкий колосок надежды. Спрашиваю:– Это шутка?– Нет, Агата, – твёрдо отвечает Катя и сильнее сжимает в пальцах руку моего мужа.– Агата, мы с тобой разводимся, – подтверждает муж.У меня из глаз льются непрошеные слёзы, я не хотела, чтобы Лёша...

Вся деревня гудит: в старой церкви появилось привидение, которое охотится на молоденьких девиц! Никитич только отмахивается и смеется. До тех пор, пока около церкви не оказывается Марийка.

– Мне так жаль Алену Викторовну. Она точно такого не заслуживает! Какая-то пигалица, ни кожи ни рожи, а ведь увела мужика! – Да уж, ну и натворил дел наш главврач. Седина в бороду! Какую женщину обидел! Слушать сплетни медперсонала кажется еще тяжелее чем застать мужа, наглаживающего живот моей беременной пациентки! Мы были идеальной парой, семнадцать лет в браке. Две прекрасные дочери. Муж добивался меня долго, упорно. Обращался как с богиней. Общее дело, любимая работа, карьера в...

Ангелина Ветрова – блестящий арт-директор известного рекламного агентства… была, пока главный конкурент не увел у нее из-под носа миллионный проект, а сама она не оказалась без работы на улице. Чтобы сорвать контракт и вернуть себе репутацию успешного рекламщика, Ангелина решает сменить внешность и устроиться секретарем к человеку, разрушившему ее карьеру, с намерением отомстить и саботировать работу компании… Однако судьба наградила Ангелину не только креативным умом и привлекательной...

Меня зовут Долорес Макбрайд, и я с рождения страдаю от очень редкой формы аллергии: прикосновения к другим людям вызывают у меня сильнейшие ожоги. Я не могу поцеловать парня, обнять родителей, выйти из дому, не надев перчатки. Я неприкасаемая. Я словно живу в заколдованном замке, который держит меня в плену и наказывает ожогами и шрамами за каждую попытку «побега». Даже придумала имя для своей тюрьмы: Стигмалион. Меня уже не приводит в отчаяние мысль, что я всю жизнь буду пленницей своего...

Сын Кати нуждается в срочной операции, и чтобы спасти его, она обращается к своему бывшему партнеру Герману за помощью. Однако Герман реагирует жестко и холодно, подчеркивая, что не собирается заботиться о чужих детях. Но настолько ли дети ему чужие?