Мои цитаты из книг
Мне хотелось ее наказать, а в итоге я наказывала себя: ведь она получала то, что для меня оставалось недоступным.
Эта история произошла в Париже, где в конце XV столетия проживало знатное семейство, заказавшее художнику эскизы гобеленов для фамильного замка. Глава семейства был спокоен и величествен, супруга и дочери - набожны и прекрасно воспитаны. Но с появлением в их жизни безродного художника внезапно обнаружилось, что спокойствие в этом благополучном доме призрачно, здесь бушуют страсти и разыгрываются трагедии. Девочка, томимая смутными эротическими желаниями, знатная дама, не сумевшая молитвой...
Мне кажется, что зрение - это как нити, натянутые между двумя валиками, и его нити были напряжены до предела.
Эта история произошла в Париже, где в конце XV столетия проживало знатное семейство, заказавшее художнику эскизы гобеленов для фамильного замка. Глава семейства был спокоен и величествен, супруга и дочери - набожны и прекрасно воспитаны. Но с появлением в их жизни безродного художника внезапно обнаружилось, что спокойствие в этом благополучном доме призрачно, здесь бушуют страсти и разыгрываются трагедии. Девочка, томимая смутными эротическими желаниями, знатная дама, не сумевшая молитвой...
Порой даже мать не в силах защитить своего ребенка.
Эта история произошла в Париже, где в конце XV столетия проживало знатное семейство, заказавшее художнику эскизы гобеленов для фамильного замка. Глава семейства был спокоен и величествен, супруга и дочери - набожны и прекрасно воспитаны. Но с появлением в их жизни безродного художника внезапно обнаружилось, что спокойствие в этом благополучном доме призрачно, здесь бушуют страсти и разыгрываются трагедии. Девочка, томимая смутными эротическими желаниями, знатная дама, не сумевшая молитвой...
Я умею внимательно слушать - особенно то, что меня не касается.
Эта история произошла в Париже, где в конце XV столетия проживало знатное семейство, заказавшее художнику эскизы гобеленов для фамильного замка. Глава семейства был спокоен и величествен, супруга и дочери - набожны и прекрасно воспитаны. Но с появлением в их жизни безродного художника внезапно обнаружилось, что спокойствие в этом благополучном доме призрачно, здесь бушуют страсти и разыгрываются трагедии. Девочка, томимая смутными эротическими желаниями, знатная дама, не сумевшая молитвой...
Низко поклонишься - не переломишься.
Эта история произошла в Париже, где в конце XV столетия проживало знатное семейство, заказавшее художнику эскизы гобеленов для фамильного замка. Глава семейства был спокоен и величествен, супруга и дочери - набожны и прекрасно воспитаны. Но с появлением в их жизни безродного художника внезапно обнаружилось, что спокойствие в этом благополучном доме призрачно, здесь бушуют страсти и разыгрываются трагедии. Девочка, томимая смутными эротическими желаниями, знатная дама, не сумевшая молитвой...
Дуб - символ лета и севера. Сосна - символ осени и юга. Остролист - символ зимы и запада. Апельсин - символ весны и востока.
Эта история произошла в Париже, где в конце XV столетия проживало знатное семейство, заказавшее художнику эскизы гобеленов для фамильного замка. Глава семейства был спокоен и величествен, супруга и дочери - набожны и прекрасно воспитаны. Но с появлением в их жизни безродного художника внезапно обнаружилось, что спокойствие в этом благополучном доме призрачно, здесь бушуют страсти и разыгрываются трагедии. Девочка, томимая смутными эротическими желаниями, знатная дама, не сумевшая молитвой...
Все мы: авгуры, оракулы и кассандры — существа с трагической судьбой, потому что никто не хочет знать, как все будет на самом деле, а хочет только, чтобы его успокоили и сказали, что все будет оч-чень здорово.
Может ли «осколок будущего» превратиться в реальность настоящего? Может. Даже если мы этого не хотим. Потому что будущему не интересно - хотим мы его или нет. Потому что прогрессу плевать на людей. Особенно - на тех, кто этот прогресс творит. Потому что будущее, вырвавшееся из-под контроля настоящего, может стать кромешным адом. Возможно, когда-нибудь у людей достанет сил построить иное будущее. А пока... Добро пожаловать в мир Андрея Лазарчука! Если, конечно, не боитесь...
- Ты какой-то вроде тоскливый. Дела, что ли, неважные на твоей службе?
- Мыслящий человек всегда печален, - сказал Узелков. - Вам это, разумеется, не понять. Вы, так сказать, выполняете простые функции. Других интересов, как я догадываюсь, у вас нет. Духовная жизнь вам, иначе говоря, недоступна. Вы ведь даже книг не читаете...
- Понимаешь, некогда. И читать некогда, и скучать некогда. Прочитаешь что-нибудь, что по делу надо, - и все. А этого, конечно, мало...
В повести Павла Нилина «Жестокость» повествование идёт от лица героя-наблюдателя, выступающего в двух исторических ипостасях – в облике паренька-комсомольца из ранних 1920-х годов и в облике много повидавшего человека, современника своих читателей, людей второй половины 1950-х годов. Причём повествование идёт от лица умудрённого жизнью героя – он ведёт рассказ в доверительном тоне, прямо адресуясь к читателям, а внутри его рассказа располагается зона восприятия паренька из 1920-х. Отношения же...
- Нос у него мировой, - засмеялся я. - И уши музыкальные... - Не вижу ничего смешного, - посмотрел на меня Венька. - Если только на нос и на уши обращать внимание, можно больше ничего не заметить. Если к тому же завидуешь человеку...
В повести Павла Нилина «Жестокость» повествование идёт от лица героя-наблюдателя, выступающего в двух исторических ипостасях – в облике паренька-комсомольца из ранних 1920-х годов и в облике много повидавшего человека, современника своих читателей, людей второй половины 1950-х годов. Причём повествование идёт от лица умудрённого жизнью героя – он ведёт рассказ в доверительном тоне, прямо адресуясь к читателям, а внутри его рассказа располагается зона восприятия паренька из 1920-х. Отношения же...
... мы прочитали за короткий срок немало книг. И чем больше мы читали, тем сильнее чувствовали, как нам не хватает образования. А раньше мы этого не замечали. Нет, неправда, замечали, чувстовали. Но не так, как теперь, когда постепенно пристрастились к чтению.
В повести Павла Нилина «Жестокость» повествование идёт от лица героя-наблюдателя, выступающего в двух исторических ипостасях – в облике паренька-комсомольца из ранних 1920-х годов и в облике много повидавшего человека, современника своих читателей, людей второй половины 1950-х годов. Причём повествование идёт от лица умудрённого жизнью героя – он ведёт рассказ в доверительном тоне, прямо адресуясь к читателям, а внутри его рассказа располагается зона восприятия паренька из 1920-х. Отношения же...