Мои цитаты из книг
Точность определения времени теперь не сравнится с прошлым.
В Ил ведут разные тропы. Одни из них давно забыты, другие же до сих пор открыты для смельчаков. Но все их объединяет то, что они помнят много крови. Тех, кто ушёл и не вернулся. И тех, кто вернулся, но навсегда стал другим. Ибо Ил касается каждого и никого никогда не отпускает. Раус Люнгенкраут всё больше погружается в тёмные тайны этого места, оказываясь в центре пожара, разгорающегося на топливе из тайн далёкого прошлого, проржавевшей обиды, бушующей веками алчности… и секретов, которые...
Время, может, и правдиво, но оно как рассеянный старик, часто забывает прошлое, стирает его.
В Ил ведут разные тропы. Одни из них давно забыты, другие же до сих пор открыты для смельчаков. Но все их объединяет то, что они помнят много крови. Тех, кто ушёл и не вернулся. И тех, кто вернулся, но навсегда стал другим. Ибо Ил касается каждого и никого никогда не отпускает. Раус Люнгенкраут всё больше погружается в тёмные тайны этого места, оказываясь в центре пожара, разгорающегося на топливе из тайн далёкого прошлого, проржавевшей обиды, бушующей веками алчности… и секретов, которые...
У меня яркое воображение, и завести оно может крайне далеко, особенно когда передо мной находится такой мрачный душегуб, способный есть на завтрак свинцовые шарики, перетирая их крепкими зубами в порошок.
В Ил ведут разные тропы. Одни из них давно забыты, другие же до сих пор открыты для смельчаков. Но все их объединяет то, что они помнят много крови. Тех, кто ушёл и не вернулся. И тех, кто вернулся, но навсегда стал другим. Ибо Ил касается каждого и никого никогда не отпускает. Раус Люнгенкраут всё больше погружается в тёмные тайны этого места, оказываясь в центре пожара, разгорающегося на топливе из тайн далёкого прошлого, проржавевшей обиды, бушующей веками алчности… и секретов, которые...
- Доброта сейчас редкость, риттер. Хм... всегда была редкостью. Её очень легко потерять в нашем мире.
В Ил ведут разные тропы. Одни из них давно забыты, другие же до сих пор открыты для смельчаков. Но все их объединяет то, что они помнят много крови. Тех, кто ушёл и не вернулся. И тех, кто вернулся, но навсегда стал другим. Ибо Ил касается каждого и никого никогда не отпускает. Раус Люнгенкраут всё больше погружается в тёмные тайны этого места, оказываясь в центре пожара, разгорающегося на топливе из тайн далёкого прошлого, проржавевшей обиды, бушующей веками алчности… и секретов, которые...
- Знаешь, есть такие вещи, которые в принципе не нужны, но выбросить жалко. Или дороги как память, или вдруг понадобятся лет через сто? Вот, освобождаю комнаты, переношу в подвал до лучших времен. Если они настанут.
В Ил ведут разные тропы. Одни из них давно забыты, другие же до сих пор открыты для смельчаков. Но все их объединяет то, что они помнят много крови. Тех, кто ушёл и не вернулся. И тех, кто вернулся, но навсегда стал другим. Ибо Ил касается каждого и никого никогда не отпускает. Раус Люнгенкраут всё больше погружается в тёмные тайны этого места, оказываясь в центре пожара, разгорающегося на топливе из тайн далёкого прошлого, проржавевшей обиды, бушующей веками алчности… и секретов, которые...
Пурпурная ветвь - не самый приятный вариант смерти. Хотя... не знаю ни одной ветви, от которой мне хотелось бы умереть.
В Ил ведут разные тропы. Одни из них давно забыты, другие же до сих пор открыты для смельчаков. Но все их объединяет то, что они помнят много крови. Тех, кто ушёл и не вернулся. И тех, кто вернулся, но навсегда стал другим. Ибо Ил касается каждого и никого никогда не отпускает. Раус Люнгенкраут всё больше погружается в тёмные тайны этого места, оказываясь в центре пожара, разгорающегося на топливе из тайн далёкого прошлого, проржавевшей обиды, бушующей веками алчности… и секретов, которые...
- Иногда достаточно быть рядом, чтобы горе другого стало капельку меньше. А чем больше людей вокруг, тем меньше горе, если его по чуть-чуть возьмёт себе каждый.
В Ил ведут разные тропы. Одни из них давно забыты, другие же до сих пор открыты для смельчаков. Но все их объединяет то, что они помнят много крови. Тех, кто ушёл и не вернулся. И тех, кто вернулся, но навсегда стал другим. Ибо Ил касается каждого и никого никогда не отпускает. Раус Люнгенкраут всё больше погружается в тёмные тайны этого места, оказываясь в центре пожара, разгорающегося на топливе из тайн далёкого прошлого, проржавевшей обиды, бушующей веками алчности… и секретов, которые...
- Вы готовите её к трудностям, но когда всем трудностям нашего мира нельзя никого подготовить. Можно только споткнуться и бояться шагать дальше.
В Ил ведут разные тропы. Одни из них давно забыты, другие же до сих пор открыты для смельчаков. Но все их объединяет то, что они помнят много крови. Тех, кто ушёл и не вернулся. И тех, кто вернулся, но навсегда стал другим. Ибо Ил касается каждого и никого никогда не отпускает. Раус Люнгенкраут всё больше погружается в тёмные тайны этого места, оказываясь в центре пожара, разгорающегося на топливе из тайн далёкого прошлого, проржавевшей обиды, бушующей веками алчности… и секретов, которые...
- Все хотят жить, мальчик. А такие эгоистичные существа очень желают существовать. Возможно даже больше, чем я и ты вместе взятые.
В Ил ведут разные тропы. Одни из них давно забыты, другие же до сих пор открыты для смельчаков. Но все их объединяет то, что они помнят много крови. Тех, кто ушёл и не вернулся. И тех, кто вернулся, но навсегда стал другим. Ибо Ил касается каждого и никого никогда не отпускает. Раус Люнгенкраут всё больше погружается в тёмные тайны этого места, оказываясь в центре пожара, разгорающегося на топливе из тайн далёкого прошлого, проржавевшей обиды, бушующей веками алчности… и секретов, которые...
- Когтеточка не тот человек, которого стоит поднимать из небытия. От него слишком много бед всем его потомкам.
В Ил ведут разные тропы. Одни из них давно забыты, другие же до сих пор открыты для смельчаков. Но все их объединяет то, что они помнят много крови. Тех, кто ушёл и не вернулся. И тех, кто вернулся, но навсегда стал другим. Ибо Ил касается каждого и никого никогда не отпускает. Раус Люнгенкраут всё больше погружается в тёмные тайны этого места, оказываясь в центре пожара, разгорающегося на топливе из тайн далёкого прошлого, проржавевшей обиды, бушующей веками алчности… и секретов, которые...