Я бы посмотрел, как надолго тебя самого хватило бы.
А Яру и не нужно было смотреть. Он знал. Если бы Лиза была с ним, ему бы сверх вообще ничего в этой жизни не надо было.
Только вот так ее в своих руках держать.
Серега оказался кротом. Его лучший друг. Тот, за кого Ярослав, не задумываясь, отдал бы жизнь. Тот, кого он знал с детства, тот, кому давал списывать физику. Тот, кого Яр однажды, выблевывая легкие, тащил на себе оставшиеся пять километров марш-броска по пересеченной местности, чтобы тот только сдал норму. Тот, кого сотни раз прикрывал своим телом. Тот, кому уступил женщину, которую сам любил…
Вы меня поманили приключением. Может, именно об этом я мечтала всю жизнь.
Порой в невероятное верить легче, чем в обыкновенные объяснения.
– Наша специальность – искать гениев.
– А как его звали?– Его имя – Роман. Боярин Роман.
– Никогда не слышала.
– Он рано погиб. Так говорят летописи.
– Может, летописцы все придумали?
– Летописцы многого не понимали. И не могли придумать.
– Что, например?
– Например, то, что он использовал порох при защите города. Что у него была типография... Это был универсальный гений, который обогнал свое время.
– Если он погиб, как вы его спасете?
– Мы возьмем его к себе.
– И вы хотите, чтобы он не погиб, а продолжал работать и изобрел еще и микроскоп? А разве можно вмешиваться в прошлое?
– Вы не представляете, что такое перемещение во времени...– Совершенно не представляю.– Я постараюсь примитивно объяснить. Время – объективная физическая реальность, оно находится в постоянном поступательном движении. Движение это, как и движение некоторых иных физических процессов, осуществляется по спирали.Кин опустился на корточки, подобрал сухой сучок и нарисовал на влажной земле спираль времени.– Мы с вами – частички, плывущие в спиральном потоке, и ничто в мире не в силах замедлить или ускорить это движение.
На дворе стемнело. Небольшой квадрат окошка, выходившего из холодной комнаты в сад, был густо-синим, и в нем умудрилась поместиться полная луна. Тесную, загроможденную приборами комнату наполняло тихое жужжание, казавшееся Анне голосом времени – физически ощутимой нитью, по которой бежали минуты...
– Мне странно, что ты раб, – сказала Анна.– Иногда мне тоже... Господь каждому определил место. Может, так и надо... так и надо.– Ты опасный раб. Ты не дурак, а притворщик. Ты не тот, за кого себя выдаешь.– Нет, я дурак. Но без нас, дураков, умники передохнут от своего ума и от скуки..
– Грехи наши тяжкие, – сказал дед. – Спешим, суетимся, путешествуем Бог знает куда.
Спать лег уже под утро. Имея под рукой четкий план, что делать дальше. Да, с планом было как-то спокойнее. Словно тебе все подвластно. Обманчивое ощущение того, что жизнь под контролем, давало силы двигаться дальше.