— Встань. На. Колени. — его голос изменился. Теперь в нем слышался прямой приказ. — Если не подчинишься — обвиню тебя в государственной измене.
Моя жизнь больше ничего не стоит. Для него — я мебель. Для нее — препятствие. Для двора — развлечение. Но… если я умру здесь, на этом мраморе, то они выиграют. А я… я еще не готова проиграть.
«Будь сильной!», — шептала я себе. — «Просто будь сильной! Ты должна сохранить свою жизнь! Он знает, что ты откажешься. И тогда Вальсар будет иметь право казнить тебя. Так же он знает, что если ты согласишься, такого позора ты не переживешь! И стоит только оставить тебя одну, как ты примешь яд! Видимо, она на это и рассчитывает! Ему просто нужен предлог, чтобы избавиться от тебя! И было бы чудесно, если бы ты сделала это своими руками, избавив его от надоевшего брака. В любом случае, ты — не жилец. Если только ты не подчинишься и не попытаешься пережить все это!»
Я, как и подобает принцессе, жене дракона, присела в глубоком реверансе. Губы сами выдавили фразу, которую я произносила двадцать лет, как мантру, как проклятие:
— Служу вам всем сердцем, всей душой и всем телом, о мой дорогой муж!
Да сгори ты, Вальсар, со своим „всем телом“ — подумала я, чувствуя, как едва сдерживаю панику. — Твоё всё тело, последние пять лет искало тепло не в моей постели.
...мы просто были друг у друга, и всё.
Оказывается, были всегда. Даже когда ссорились так, что были готовы убить друг друга. И когда уходили за глухую стену взаимного непонимания, все равно были.
И какой простой и понятной стала наша жизнь, когда мы поняли, что друг без друга у нас просто нет жизни…
Как долго мы не могли понять друг друга и как упорно никто не хотел сделать первый шаг навстречу. А когда вдруг поняли, какие мы глупые, оказалось, что и шаг делать не надо — мы просто были друг у друга, и всё.
«Люблю тебя» — мои глаза всегда говорили ему лучше всяких слов. Твердые губы чуть дрогнули в улыбке.
«Сегодня ночью ты повторишь эти слова тысячу раз, малышка» — прилетел ответ и сердце в груди подпрыгнуло и сладко заныло.
— Трой, что между вами произошло? Почему вы расстались?— Потому, что я слишком сильно люблю ее. И не мог допустить, чтобы она оставалась со мной. — Трой, о чем ты? Я не понимаю…— Сант, мой дракон так и не проснулся. Наоборот, он, кажется, опять заснул. И боюсь, теперь это навсегда. — с горечью ответил Трой. И зачем, скажи, ей такой недодракон, как я? Я знал, что она обретет вторую ипостась, но тогда я еще надеялся, что мой дракон тоже проснется. И верил, что у нас есть будущее…
— Моя Тратти, когда-нибудь ты скажешь спасибо, что сегодня я не дал тебе согласиться с моим решением. Разве сможешь ты, прекрасная драконица, любить меня, ущербного, бескрылого недодракона?
Надеюсь, ты будешь ненавидеть меня достаточно сильно, чтобы быстро забыть. И когда-нибудь в твоей жизни появится настоящая любовь и настоящий дракон.
Лети, моя птичка. Учись, люби и будь счастлива…
Голова на длинной шее повернулась: на него смотрели драконьи глаза до боли знакомого, небесно-голубого цвета. Драконица расправила крылья и неумело поднялась в воздух, отчаянно хлопая крыльями и неуклюже заваливаясь на бок.
Потрясенный Трой с улыбкой разглядывал взлетевшую красавицу:— Вот и родился твой дракон, моя любовь…